Все случилось внезапно. И так быстро, что никто из опытных воинов отряда сопровождения просто не успел сориентироваться.

Первым выстрелом был убит возница, вторым — один из воинов, третьим — лошадь под командиром отряда. А дальше началось светопреставление.

Ржали лошади, свистели пули, со всех сторон раздавались людские крики.

— О, богиня! — воскликнула Полин, мертвой хваткой вцепившись в Рейджена. — Что происходит? Что??

Раздался звон разбитого стекла, брызнули во все стороны осколки, служанка вскрикнула и принялась заваливаться на сидевшую рядом с ней Анну.

Шиисса ШиВар закричала, инстинктивно отталкивая служанку, и с ужасом уставилась на свои ладони. Они были покрыты кровью.

Лошади, испугавшись шума и свиста руль, лишенные твердой руки возницы дернулись, карета накренилась. Рейджену с трудом удалось выпутаться из хватки Полин, он выхватил собственное оружие, пинком распахнул двери экипажа и, вытолкнув из него мертвое тело горничной, выпрыгнул сам.

— Не выходите и ложитесь на пол, — прокричал он оставшимся внутри женщинам.

Схватка была в самом разгаре. Из воинов сопровождения на ногах остался только командир и один из его людей. Нападавших было больше. Усмехнувшись про себя, Рейджен подскочил к одному из двух противников шесса Амиаса Ранно и уложил его выстрелом в упор. Второй пистолет он разрядил в приближающегося к карете оборванца. Рейджен не ошибся — это были те самые «крестьяне», что ужинали вчера на постоялом дворе. И судя по ругательствам шесса Ранно, тот их тоже опознал.

Но поздно. Из-за выстрелов, криков и прочего шума, лошади, запряженные в экипаж, понесли. Они летели, не разбирая дороги, и карету трясло и мотало во все стороны.

— Шарх! — выкрикнул Амиас. — Женщины!

Не сговариваясь, они с Рейдженом бросились вдогонку, им наперерез кинулись еще двое разбойноков.

— Откуда их столько? — удивленно выдохнул Ранно. — Вчера на постоялом дворе только четверо было.

— Запросили подмогу, — хмыкнул Рейджен, протыкая своего противника кинжалом и отбрасывая в сторону обмякшее тело. Несмотря на численный перевес, разбойники были вооружены только кривыми кинжалами и кастетами. Огнестрельное оружие они больше не использовали, видимо израсходовав весь свой заряд пороха для первых выстрелов.

— Догоняйте экипаж! — крикнул Рейджену Амиас, не спуская глаз со своего противника, принявшегося кружить вокруг. — Там впереди опасный поворот и если лошадей занесет… — дальше он мог и не продолжать.

Если лошадей занесет и экипаж не впишется в поворот, то просто улетит в пропасть. А внизу не только бурная речка, но и острые камни. Женщины в таком случае погибнут однозначно.

Полин верещала как безумная. Она не замолкала ни на мгновение, даже для того, чтобы перевести дух. Анна чувствовала, что еще немного, и просто сойдет с ума, оглохнет или еще что-нибудь, если, конечно, останется в живых после того, что произошло.

Их мотало по всему экипажу. Несколько раз, Анна натыкалась на локти своей тетушки, больно ударилась головой о край сидения и чувствовала, как на скуле у нее наливается синяк. Было страшно, больно и умирать не хотелось. Запах пороха жег легкие, страх парализовывал и все, что она могла — это вцепиться мертвой хваткой в сидение и стараться держаться, чтобы ее не размазало по всему салону кареты. Полин же держаться даже не пробовала. Ее мотало из стороны в сторону, она не переставала визжать и хваталась за все подряд, впрочем, нет, уцепиться она старалась за Анну, стягивая ту на пол.

Вдруг что-то изменилось. Карету мотнуло с такой силой, что обе женщины повалились на пол, Анна оказалась сверху, но прежде больно ударилась виском о выставленный локоть Полин и перед глазами у нее потемнело. Полин, наконец, перестала визжать и затихла под своей племянницей, шумно переводя дыхание.

Упряжь лопнула и лошади понеслись вперед с утроенной силой, теперь им не приходилось тащить за собой еще и экипаж и они стремились убежать, спастись. А карета, сделав крутой вираж, вылетела на открытую площадку перед самым обрывом. Прокатилась по инерции по самой кромки и перевернулась, опасно накренившись над пропастью. Колеса все еще бешено вращались, но казалось, достаточно малейшего движения, даже самого незначительного порыва ветра, чтобы экипаж с заключенными внутри него женщинами полетел вниз.

Рейджен приближался осторожно, стараясь не потревожить такое хрупкое равновесие. С трудом распахнул покосившуюся дверь и заглянул внутрь.

— Шиисса? — тихонько позвал он, не имея представления в сознании ли женщины, пострадали ли они от ужасной поездки или, быть может, пули их настигли.

Полин зашевелилась. Она дергалась, не обращая внимания на то, что раскачивает экипаж, который стал еще больше накреняться над пропастью, пыталась сбросить с себя Анну.

— Вытащите меня отсюда! — закричала она. — Вытащите!!! Немедленно.

— Шиисса, — Рейджен стремился говорить спокойно, чтобы не подливать масла в огонь и не пугать и так нервничающую женщину. — Не делайте резких движений и дайте мне руку.

Но Полин никак не могла сбросить с себя Анну. Она дергалась и дергалась, принялась извиваться всем телом, но ограниченное пространство экипажа почти не оставляло места для маневров.

Анна пришла в себя и глухо застонала. У нее болело все тело, каждая частичка, каждая клеточка и мышца. Казалось, что все ее тело было покрыто если не ужасными кровоточащими ранами, то уж синяками точно.