Ведьма прекрасно поняла выражение лица хозяйки, улыбнулась и поклонилась.

— Как прикажете, госпожа!

— Только верните мне её до заката! — попросила Сарнай. — Наима прекрасно массирует тело с маслами, а я сегодня хотела немного расслабиться.

Давлат снисходительно улыбнулся.

— Ты не доверяешь своёму повелителю? — произнёс как бы мирно, только внутри у Сарнай все похолодело и она поняла, что не стоило ей указывать старику, не потерпит он приказов и тона повелительного.

Воительница поспешила сгладить свою вину. Поклонилась низко, глянув исподлобья.

— Прости мне мою дерзость, повелитель Хайрата. Моя рабыня полностью к твоим услугам, насколько посчитаешь нужным её использовать!

Давлат кивнул и посмотрел на Наиму. Старая ведьма стояла, ожидая окончания разговора. Поняла, что воля Давлата оказалась сильнее злобы молодой хозяйки, порадовалась втайне, что хоть в малой степени осадил мудрец рыжеволосую бестию.

— Иди за мной! — велел ей старик и первым шагнул прочь со двора. Наима поспешила за ним, пристроившись за стражниками, едва поспевая за быстрыми шагами. Не удержавшись, бросила взгляд на Сарнай: воительница стояла, провожая взглядом свою собственность. Голубой взгляд её был холоднее льдов северного моря. Того самого, на берегах которого когда- то родилась женщина.

В покоях Давлата было прохладно и пустынно. Мудрец выгнал всех слуг, оставив только стражников у дверей, а сам опустился на подушки, указывая Наиме на низкий столик, на котором стоял холодный чай и сладости.

— Разлей по чашкам! — приказал мудрец и ведьма подчинилась. Осторожно опустилась на подушки напротив мужчины и взяла в руки пузатый чайник в высоким изогнутым носиком. Пиалу повелителя наполнила первой. Подала с поклоном, а затем вопросительно посмотрела на Давлата, спрашивая одними глазами, позволения налить и себе немного напитка. День выдался жаркий и ей нестерпимо хотелось пить.

Милостиво кивнув, мудрец даже позволил старухе сесть напротив. Наима послушно опустилась на подушки, поджала ноги и взяла в руки пиалу. Пригубила, улыбнувшись почти с искренней радостью.

— Расскажи мне, что знаешь о Малахе! — велел ей старик, едва Наима допила свой чай. Она взглянула на повелителя Хайрата и произнесла:

— Я хочу свободу.

— Что? — его брови взлетели вверх. О чём она сейчас говорит? Неужто торгуется, дочь проклятой тьмы? Неужели не может понять, что её жалкая жизнь в его руках, что по одному мановению его руки глупая голова старухи полетит с плеч, оборвав нить, соединяющую её с этим миром и никто его не сможет остановить, даже Сарнай, глупо считающая, что эта рабыня всецело принадлежит ей.

— Я устала быть рабыней. Я хочу уйти из этого города, хочу вернуться в свою деревню...

— Где никто тебя не ждёт! — закончил за неё старик.

— Какая разница? — она пожала плечами, позволив себе немного расслабиться, или сделав вид, что расслаблена.

— Я просто хочу уйти!

Давлат поднял руку, коснулся короткой бороды.

— Не тебе ставить мне условия, ведьма!

— Тогда не узнаешь о том, что хочешь! — ответила она.

— А тут ты сильно ошибаешься! — Давлат даже рассмеялся и взял свой чай. Сделал глоток, хитро поглядев на собеседницу, затем вытер рукавом губы.

— Я знаю твою тайну и знаю, как удерживает тебя рядом с собой предводительница Сарнай! — сказал он.

Наима поджала губы, и они превратились в тонкую горизонтальную полоску над её подбородком.

— Говори, ведьма, иначе я попрошу Сарнай присутствовать при нашем разговоре, хотя и не хотел прибегать к такому методу! — также устрашающе мягко продолжил мудрец. — А уж она заставит тебя все мне рассказать, так что давай по душам и наедине, без посторонних.

Наима кивнула соглашаясь.

— Раз так, — сказала, — будь по-твоёму!

Давлат снова взял в руку пиалу.

— Что ты знаешь об Малахе! — спросил он.

— Ты его хозяин, а мне задаёшь такие вопросы, повелитель!

— Я нашёл змея случайно, а знания помогли мне подчинить его своёй власти. Но ты, ведьма, дочь природы, знаешь намного больше, чем пытаешься показать, — старик вздохнул, — почему он сегодня ослушался? Это произошло впервые.

Ведьма улыбнулась.

— Все иногда бывает впервые! — ответила она.

— Расскажи, что знаешь! — повторился повелитель.

— Как прикажешь, — ведьма чуть наклонила голову, подчиняясь, а мысленно проклиная старика, который был в своёй силе слабее её. Если бы не власть амулета, связавшая Наиму по рукам и ногам. Если бы не её слабость теперь, перед чужой волей, её, которая была сильнее Давлата и Сарнай вместе взятых.

«Хочет узнать о Малахе, — подумала старуха, — хочет понять, причину по которой змей смог противостоять его власти, посмел ослушаться хозяина!» — неожиданно Наиме стало интересно, кем был тот бедняга, который жил в облике Малаха до своёй смерти, до того, как его место занял принц Шаккар.