Гость пытался найти что-то еще, шаря по многочисленным карманам костюма.

– Кто бы мог подумать. Извини, я, кажется, оставил свою трубку в своей комнате. Может быть, ты пошлешь кого-нибудь.

Дана погасила слабый огонек раздражения. Уже на ходу под стук каблучков она раздумывала, что заставило ее рассердиться. То ли, то, что она как девочка побежала исполнять просьбу старика, то ли, то, что он также как остальные словно избегала прямого разговора.

Может все они считают ее полной дурой? Трубка лежала на подоконнике холодная, чужая и совсем погасшая. Вороны покинули ветви деревьев и, теперь в панике носились огромным облаком, кажется совсем чуть-чуть ниже серых облаков.

Она вернулась буквально через минуту, но господина Феррана в ее комнате уже не было. Несколько минут глупого ожидания невесть чего под задумчивым взглядом с портрета. Наконец, вздохнув, пришлось согласиться с матерью, что старик сюда больше не придет. Оставалось только возмущаться и пожаловаться наступившей тишине.

– Только задашь какой-нибудь вопрос, как человек тотчас исчезает или чего похуже. От этого мельтешения у меня только начинает болеть голова.

Спустившись вниз, Дана обнаружила Ковентину, которая наблюдала, как слуга уныло сметал с мощеного подворья осколки стекол. Девушка держала в руках глиняную кружку, пила молоко и обменивалась с работником ничего не значащими репликами.

– Твой дедушка уехал?

– Ага.

Настроение у блондинки явно улучшилось, к ней вернулась привычная безмятежность.

– Королева объявила сбор ополчения. Вот он и поехал.

Трость сиротливо стояла у ног подруги таким же никому не интересным артефактом, как и трубка в руках Даны.

– Мне кажется, пожилому человеку не стоило бы ездить на такие мероприятия.

Слово «мероприятия» показалось совсем не к месту. Глупым и вообще неживым, не от мира сего. Наверное, Тине тоже так показалось, она взглянула, удивленно наклонив голову, словно раздумывая над таким странным определением военной компании. Потом видимо так и не придя к какому-то решению, достала еще одну кружку и протянула подруге.

– Хочешь молока?

 И сделав глоток, добавила.

– Дед вечно ищет такие авантюры. Он же майор пехоты в отставке. Десять лет воевал в колониях с дикарями. А тут его с утра ожидали такие же, как он ветераны.

Слово ветераны, она произнесла по слогам растягивая звуки и, у Даны не осталось ни малейшего сомнения как Тина относится к этому сообществу немолодых вояк.

– Он тебе оставил свою трость. Сказал «на память».

Девона вернула пустую кружку. Пожалуй, стоило идти завтракать. Трость по-прежнему казалась ей непонятно тяжелой. Наверняка здесь был, какой-то секрет. Она начала ощупывать голову зверя.

Внезапный щелчок заставил вздрогнуть. Ковентина смотрела, разинув рот, когда в руках подруги блеснуло острие шпаги, деревянные ножны отлетели на десяток шагов в сторону и с глухим стуком ударились в стену дома.

 «Да я запомню и сохраню этот подарок».

Визит господина Ферара, означал ли он только то, что дедушка приехал убедиться, что с его обожаемой внучкой все в порядке? И роль почтальона была единственной ролью, которую он на себя взял. А может быть приехал посмотреть, как идут дела у «ведьмы», и скоро ли она покинет родовое гнездо местной аристократической верхушки. А может быть, что-то еще? Что-то неуловимое было в его словах что-то, что она не смогла понять, расшифровать.

Но вот что могло быть в письме итальянца? Извинения? Нет, извинений она не примет. Тем более что гибель людей в тот день, в значительной мере лежит на нем. Его поступки, его слова не оставляли сомнений что он принимал во всей этой катастрофе самое непосредственное участие. Был ли он организатором? Может быть. Все может быть. В любом случае он предатель!

Вокруг все постоянно на что-то намекали, ждали какой-то реакции и сразу же отступали, с досадой или в недоумении. Просто ужасающая нелепица, что Теренций оказался таким негодяем, он мог бы объяснить ей все спокойно. Хотя может быть маг и пошел на все это потому, что так много знал о ней и об этом «предначертанном»? Нет, так она могла очень скоро начать бояться сама себя. Кажется, никаких жестоких желаний и кровавых планов у нее не было. До последнего времени.

Дана заметила, что почти смяла неоткрытый конверт. Но ведь действительно, планы у нее появились. Иначе, чем объяснить то для чего она едет в столицу. И не одна.

Странно было пробудиться и узнать, что ты находишься в доме своего телохранителя. Вообще же, само осознание того что это Элорри имеет дом в этом городе и что ночью они случайно оказались как раз рядом с этим местом, в другое время показалось бы необычным и даже подозрительным совпадением. Но сейчас ему было все равно.

Дом, укрытый за высоким каменным забором, с маленьким двориком полным уюта и тишины, явился ему местом из другого мира. Стоя сейчас на пороге и решая для себя, хочет ли он расположиться в тени этих высоких кустов, скрывающих белизну каменной стены или вернуться обратно в полумрак комнат за деревянными ставнями, Реган изо всех сил пытался отогнать мысли о прошедшей ночи и о событиях вчерашнего дня.

Фиона пришла в себя совсем ненадолго и, выпив воды, вновь погрузилась в забытье. Ее состояние не могло не пугать и, в другой ситуации, маг уже вновь попытался бы придать ей хоть немного сил. Но сейчас он был совершенно опустошен, морально и физически.