И, когда пальцы Лоренса коснулись шеи, Марисса повернулась к нему опять. На этот раз уже он сам поцеловал ее. И таким сладким показался этот поцелуй, таким родным, словно две души встретились после долгой разлуки. Опомнившись, она со стоном отстранила его, упираясь ладонями в мускулистую грудь. Отстранилась, но не оттолкнула. Лишь немного увеличила расстояние между ними и замерла, прислушиваясь к себе. Марисса чувствовала, как все внутри переворачивается от приближения чего-то невероятно важного. Все ее существо кричало о чем-то, чего пока не мог услышать разум, но уже знало сердце. В эти мгновения девушка уже точно знала, что ее влечение к Лоренсу Максвеллу — это не похоть, не желание и даже не страсть. Происхождение этого чувства лежало где-то глубже.

Резко развернувшись, он прижал ее спиной к стене. Марисса не успела даже пискнуть, как ее запястья оказались зажаты в сильных пальцах где-то над головой. Лоренс так плотно зажал ее между собой и дорогими виниловыми обоями, что девушка почувствовала каждый мускул его тела. Впившись в нее страстным поцелуем, он не оставил сомнений. Чуть ли не взрываясь от распирающих ее эмоций, Марисса застонала, раскрывая губы ему навстречу.

— Рей… — выдохнула она, когда он оставил ее губы и принялся осыпать поцелуями шею и верх волнующейся груди. — Рей…

С трудом переводя сбившееся дыхание, она выгнулась. Плененные им руки все еще оставались над головой, в то время, как он покрывал ее поцелуями. Когда их губы снова встретились, Мариссе показалось, что еще минута и — она потеряет сознание. Ей бы вряд ли удалось удержаться на ногах, не разожми Рей пальцы на ее запястьях.

Он сделал шаг назад, позволяя ей отдышаться и взглянуть на себя.

— Нужно было умереть, чтобы ты поняла, что любишь меня, да? — улыбнулся он.

— Поверить не могу, — прошептала она, пропуская мимо ушей колкость. — Что это со мной?

— Моя малышка, — в тон ей ответил он, снова подходя ближе.

Пытаясь унять бешеную дрожь во всем теле, девушка провела рукой по волосам. Взгляды «Лоренса» бросали ее в такое пекло, которого не отыскать даже в аду. Странно, но до того, как Рей сменил внешность, такого не происходило. Вероятно, дело было в том, что изначально он был представлен ей тем, кто должен был разрушить все, что у нее было. Теперь же, все было иначе.

Сильные руки легли ей на талию, и Марисса вздрогнула. Она все еще не могла привыкнуть к тому, что он так близко. Девушка сделала шаг назад, не зная, как вести себя и что делать.

— От меня убегаешь?

— Скорее, к тебе, — прошептала она в ответ.

Он наклонился ближе, снова целуя. До слабости в коленях, до звона в ушах, до беспамятства… ей хотелось чувствовать его везде. Его руки, губы, дыхание — все это стало жизненно необходимым. Она словно замерзала обнаженной на ветру без его прикосновений. Но, в тоже время, было невероятно страшно. Вот только чего боялась — на этот вопрос Марисса не могла ответить даже себе…

…чувствуя, как все внутри обрывается, она судорожно сглотнула. Низ живота свела болезненная судорога. Он был все ближе.

— Иди сюда, детка, — поманил, обнажая в сальной улыбке мелкие белые зубы.

Она попятилась, лихорадочно ища глазами путь для отступления. Выхода не было. Ее окружили и зажали в угол, словно дикого зверя. Дрожа, девушка вжалась в угол. Она даже кричать не могла. Ужас парализовал ее. Когда он подошел совсем близко, попыталась оттолкнуть его. Проще было сдвинуть с места скалу, чем этого амбала.

— Малышка какая, — улыбнулся он, притягивая ее к себе. — Ты везде такая миниатюрная?

— Не трогай меня! — сбросила она его руки…

…вынырнув из липкого кошмара, сознание вернулось. Перевернувшись на спину, она застонала. Все тело ломило так, словно ее били дня три. Впрочем, почти так и было. Приподнявшись на дрожащих от боли и слабости руках, она обвела мутным взглядом помещение. Никого. Дверь полуоткрыта. Сделав над собой нечеловеческое усилие, Джин поднялась с холодного пола. Держась за стену, женщина дошла до двери и оказалась на улице.

Ночь приняла бедняжку в свои ледяные объятия, немного облегчая муки горевшего огнем тела. Одежды на девушке почти не осталось. Босая, в одной разодранной тунике, она вернулась в дом, куда накануне ее привез милый парнишка с добрыми глазами и отличными сигаретами. Идти дальше не было сил. Привалившись правым плечом к стене, подруга Мариссы с трудом удержалась на ногах. Наклонившись вперед, девушка застыла в таком положении. Боль, разрывающая низ живота, немного отступила. Когда способность двигаться вернулась, Джин дотащилась до стола, где должен был быть стационарный телефон. Если жизнь не совсем отмороженная сука, то Зак заплатил по счетам. Телефон работал. Не чувствуя пальцев, она набрала номер по памяти, надеясь, что способна помнить хоть что-то.