— Не сопротивляйся, Алёна, — с сожалением во взгляде. тихо произнёс Кейн. — На сегодня ты мой лимит терпения давно исчерпала.

Кусочки трусиков полетели на пол к разрезанному бюстгальтеру.

— Залезай внутрь, — велел Кейн подводя руку к стене и нажимая на светящиеся синим символы. Ванна тотчас стала наполняться со всех сторон водой. Несколько дополнительных нажатий — и воду добавилась пена с приятным, морским ароматом.

Кейн же скривившись, недовольно повёл носом.

— Слишком сильный запах — заглушит твой собственный аромат… Ладно. переживу.

Я во все глаза следила за Кейном, пытаясь понять, как себя вести дальше.

— Как положено моей избраннице, разумеется, — вставил свои пять копеек инопланетянин. — Тебе помочь помыться или сама справишься?

— Сама, — сдавленно произнесла я. Кейн коротко кивнул.

— У тебя полчаса. Жду тебя в гостиной.

И закрыл за собой дверь.

Почти нормальные отношения. Вроде даже похожи на человеческие. Н-да…

А ведь всё так и начиналось.

Лежа в душистой, пенистой ванне, я вспоминала нашу первую встречу и то, как быстро Кейн сориентировался. Воспользовался моей растерянностью — и аккуратно рассек кожу на руке, чтобы попробовать у меня кровь.

Если бы я тогда чуть больше доверяла собственному чутью, и чуть меньше сладким речам Кейна…

После нашего необычного знакомства, я более ни на один день не оставалась одна. Кейн всегда незримо присутствовал рядом — и сейчас, по прошествии времени, я невольно задаю себе вопрос: сколько его подчинённых следило за мной в те далёкие дни. Один? Два?… Дюжина? Едва только прогнав мать и сестру с лестницы, Кейн, выжидательно заглядывая мне в глаза, поинтересовался, чем я хочу заняться сегодня вечером.

Хороший вопрос для девушки, которая сначала шла по жаре восемь км {в США. если у тебя нет машины — считай, нет жизни; автобусы. если и ходят, то ходят очень редко), затем отдраила весь их огроменный особняк. У меня от усталости уже помило всё тело — и единственное, чего мне хотелось в тот момент — скорее вернуться домой, в общагу.

— Нет проблем, — в такт моим мыслям, ответил Кейн. — Только покормлю тебя чем — нибудь.

Я…я никогда не считала себя какой — то особенно испорченной, но почему-то в этот момент в голову пришло воспоминание о том, что происходило на парковке возле дома.

— НЕТ, — подумала я, и тут же покраснев начала вежливо отказываться: мол, и есть я не хочу, и подружки в общаге ждут… и вообще мне домой пора.

Кейн усмехнулся — очень по мужски — и провёл мизинцем по моей щеке.

— Иначе не отпущу, — просто произнес он. — Ты же целый день ничего не ела — этот твой кофе не в счёт Давай, собирайся.

— Да я честно…

— Радость моя, знаю я твоё «честно».- хмыкнул Кейн. — Собирайся.

И даже подтолкнул меня обратно, к комнате.

— И знаешь, тебе даже не стоит думать о тех шлюхах, что убпажали меня. Я ведь тебя так долго ждал — и если бы не сбрасывал напряжение хотя бы таким образом, давно бы сошёл с ума. Согласна?

Я ошарашено обернулась. Как он узнал?

Светлые — очень светлые, прямо нечеловеческие глаза, таинственно мерцая, выжидающе смотрели прямо в душу.

Я как — то машинально кивнула, сама не очень понимая, зачем я это делаю — и какое это отношение имеет к Кейну.

— Вот и умница, — тут же осязаемо расслабившись, улыбнулся парень. — Давай мы не будем вспоминать прошлое, а будем думать лишь о будущем — нашем будущем на двоих. Кстати, какая пицца тебе нравится?

Мой голодный желудок, громко заурчав, тут же выдал в памяти самую вкусную пиццу на свете: с ветчиной и кусочками ананаса.

— Лично я больше предпочитаю гавайскую, — заметил мне в спину Кейн. — Такой приятный вкус, не так ли?

Надо же, как у нас похожи вкусы, подумала я, понимая с пола свой рюкзак — прежде, чем выходить на улицу, стоило переодеться из рабочих шорт и футболки в более приличную одежду. Кейн же, ожидавший на лестнице, продолжал интересоваться моими пристрастиями — и заодно сообщал о своих, которые были удивительно схожи с тем, о чем думала я.

Хотя, если честно, было странно слышать от американца, что ему нравятся русский рок. Но он так уверенно называл имена музыкантов, что у меня не могло возникнуть даже сомнений о том, что он говорит неправду.

В тот вечер, можно сказать, состоялось наше первое свидание: пиццерия, которую обещал Кейн. на деле оказалась дорогим итальянским рестораном, где, услышав заказ на гавайскую пиццу, сильно удивились, но перечить клиенту не стали.

Там же Кейн напоил меня вином — два бокала, после чего я демонстративно прикрыла ладошкой бокал.

— Мне хватит.

— Ещё один бокал не повредит, — сощурился Кейн. — Алёна, ты устала, а красное вино благотворно влияет на человеческий организм. В разумных приделах, конечно.