— Отпусти, — прошептала она. — Мне так больно!

— Больно? — он оскалился и заломил бровь. — Ты ещё не знаешь, что такое настоящая боль.

Он с силой встряхнул её снова.

— Я ни на что не нарываюсь, у меня просто другой одежды нет, — она болезненно сжалась, так что слезы брызнули из глаз. — Отпусти меня.

Он отшвырнул её вроде бы не сильно, но она довольно болезненно упала на пол, на пятую точку. Было странно, что ничего не сломала и без переломов кажется, обошлось. Однако, она сидела на полу, не в состоянии пошевелиться, а он просто стоял рядом с ней. Чем он при этом занимался, она не видела, потому что боль не давала ей возможности просто помотать головой.

— Понравилось, детка? — вкрадчиво поинтересовался он. — Именно так обращаются с теми девицами, которые ведут себя как шлюхи. Ты заслужила это сама. В следующий раз хорошенько подумаешь, прежде чем светить налево и направо своей задницей.

Девушка сидела на полу и никак на него не реагировала. Он настолько её достал, что ей стало абсолютно всё равно.

Не дождавшись от неё хоть какого-то ответа на свои слова, он вздохнул и сел с ней рядом. К её удивлению, он взял в свою руку её кудрявый локон и намотав на палец, немного оттянул в сторону. Она сидела тихо, и не собиралась на него смотреть и вообще, не реагировала, на всё что он делал. Он сидел так не больше чем полминуты, пока его взгляд не упал на её голые ноги и белье. После этого выпустил локон, взял её на руки и куда-то потащил. Оказалось, тащил он её опять в свою спальню, девушке уже было всё равно.

Он привычно положил её на свою кровать, и Соня была готова, что он снова её изнасилует, но вместо этого, он сделал совершенно неожиданное действие. Он взял спортивный костюм, который она вчера одолжила у Светы, и притянув к себе её израненные ноги, стал порывисто и жестко натягивать на девушку штаны. Он не смотрел на Соню, сосредоточившись на данном процессе, но она всё равно поймала его, полный холода и ненависти взгляд. Он не вкладывал в свои движения никакой нежности или заботы, а просто стремился поскорее её одеть. Зачем ему это было нужно, она не понимала, и не смогла бы понять. Все его действия казались ей странными, противоречивыми и пугали до дрожи в коленях. В те моменты, когда она ждала от него чего-то плохого, он удивлял её своей странной заботой и вниманием. А бывало наоборот, когда ей казалось, что всё под контролем, он удивлял её своей порывистостью и совершенно нелогичными вещами.

Вот и сейчас, он натянул на неё спортивный костюм Светланы, жестко напялив штаны и застегнув молнию где-то в области шеи. Очень высоко, чуть не сломав волчок.

— А теперь выметайся, — сказал он, смотря куда-то в сторону одеяла, прямо перед собой.

— Что? — Соня была в абсолютном недоумении.

— Уйди София, — вкрадчиво повторил он, сфокусировав взгляд в одной точке, не поднимая головы. — Спустись вниз по лестнице, в гостиную, и жди меня там.

Она не стала спорить, тихо сползла вниз, на пол. Его поведение в очередной раз оказалось загадкой для неё.

— Нет, подожди, — остановил её блондин, уже тогда, когда она была около входной двери, тихонько постанывая от боли в ногах, а теперь ещё и в ягодицах. — Мои тапки. Там. Около двери, одень их.

Соня стала осматриваться по комнате, выискивая их, и не сразу обнаружила мягкую мужскую обувь возле входной двери.

— Давай живее! — рыкнул он, по-прежнему не поднимая на неё взгляда. На его щеках уже вовсю играли желваки, и ей казалось, что он борется сейчас сам с собой.

— Но я не могу так быстро….
– начала она.

— Если ты сейчас же не исчезнешь отсюда, я наброшусь на тебя, детка, клянусь! — Он на минуту повернулся в её сторону, и она увидела, его искаженное гневом лицо. Оно было таким опасным, и в чем-то напоминало звериный оскал, как у хищника. Красивые черты лица исказились, а глаза потемнели и пугающе смотрели на неё. От страха, что он может сделать с ней в таком состоянии что-то ужасное, она просто забывала дышать. На автомате схватила обувь и как могла быстро поковыляла в коридор, только там смогла отдышаться и подумать. Это человек внушал ей страх. Настоящий ужас, пробирающий до колен. Одного его гневного взгляда ей хватило, для того, чтобы оценить насколько он страшен, что против него она никто и ничто. Такой человек как он сотрет любого, кто встанет у него на пути к желаемому, и неважно какие связи или преимущества будут у его врагов. Максим Соколовский ни перед чем не остановится, если чего-то захотел. Она решила, что лучше с ним не спорить и не убегать. Хотя и это не гарантировало того, что рядом с ним получится выжить. Слишком непредсказуемый тип.

Она вздохнула и поковыляла вниз по лестнице, прямо туда, куда сказал ей идти блондин. Неспешно спускалась по лестнице, держась за перила, совершенно не глядя вперед, когда услышала голос, который при нынешних обстоятельствах никак не ожидала услышать.

— Наумова?

Соня быстро подняла глаза к источнику звука и увидела его. Господина «Я супер крутой» их института иностранных языков. Он учился на пару курсов старше и выпустился, кажется в прошлом году, успев изрядно потрепать девушке нервы. Парня звали Владислав Ростовский, и он был настоящим козлом. Его родители то ли банкиры, то ли бизнесмены, всегда давали своему чаду всё самое лучшее. И по этой причине, он считал и ставил себя выше всех остальных. Он приезжал в институт на своем дорогущем темно-синем лексусе и постоянно выстебывал тех, кто по его мнению выглядел «как бомж». Поначалу, он даже чем-то понравился Соне и она пару раз сама заигрывала с ним. Однако, после того, как он прилюдно оскорбил её внешний вид «оборванки» на всю аудиторию, и прилюдно унизил её, она стала просто ненавидеть этого гада. И всё дело в том, что он делал это не один раз. В столовке предлагал доесть за ним объедки, предлагал старую одежду матери из дома принести, типа, чтобы помочь девушке, короче вел себя как полный кретин. Соня нарадоваться не могла, когда Ростовский выпустился, и она смогла спокойно жить дальше. Однако, из-за его выходок, многие в её группе шептались за её спиной, и периодически говорили гадости про её семью и про саму Соню.

В принципе, София умело игнорировала это всё, ведь она действительно плохо выглядела и ходила в институт в дешевых вещах, иногда и в обносках. Во многом это заслуга её сестры и её сожителя, которые требовали её им финансово помогать. И её статус бедной студентки их совершенно не смущал. К сожалению, к тому моменту, когда девушка поступила в институт, её родители уже умерли, и никто не смог, бы её защитить. Ни от сестры с её гражданским мужем алкоголиком, ни от всяких дебильных одногруппников, ни тем более от нынешнего положения вещей. И то, Соня была рада, что она независима ни от кого, и её сестра со своими проблемами больше не сможет её доставать. Соколовский не знал, что при всём своем скотском характере, на фоне её родственников, он почти что был ничего.