Я не признавал этого, но мелкая меня забавляла. Убрав от меня всю детвору, она теперь полностью заменял их присутствие собой. Рая могла появится из-за угла, налетев вихрем, что-то наговорить и полететь дальше по своим делам. Она почему-то теперь решила, что мы с ней дружим и как бы я не пытался разуверить её в обратном, она делала вид, что меня не слышит. Она решила, что я должен научить её стрелять и драться. Блин, да сам не особо и умел, но Рая считала, что я чуть ли не лучший во всём. Наверное с ней я и понял, что такое быть старшим братом, да еще и таким, с которого хотят брать пример. Это было что-то новое. А ведь и правда, для малышни я был кем-то особенным. Уехал в путешествие, вернулся с деньгами и умениями. Слабак стал сильным. И они верили, что смогут когда-нибудь повторить мой подвиг. А я это не считал подвигом. Подвиг — это совсем другое. Это не когда плывут по течению, а когда решаются повернуть в противоположную сторону и борются с ним. Я не боролся. Плыл по реке, иногда помогал течению, но большей частью ничего не делал, чтоб что-то изменить.

Как-то с отцом состоялся разговор по поводу Раи. Ему не особо нравилось, с что его дочка учится стрелять, но он со мной согласился, что это увлечение лучше, чем борьба за внимание мальчишек, которые были старше её. Я понимал, что это увлечение ничуть не лучше другого, но чем ещё занять неугомонную девчонку я не знал.

Жизнь текла без сильных кривых и поворотов. Я наблюдал за ней чуть ли не со стороны. Лето заканчивалось. Мы уже начали готовиться к дождям. Как раз к тому времени около меня начал ещё крутиться Санька, который то ли дружить хотел, то ли чего-то предложить собирался. Он вроде начинал разговор, потом срывался. Уходил. Я только на эти выкрутасы пожимал плечами. Не хотел разговаривать и не надо.

Лето заканчивалось и пора было решать, что делать дальше. Уезжать или оставаться. Деньги на машину были. Можно опять удачу попробовать поймать. Взять того же Саньку с собой. Или еще к кому присмотреться.

— Ты же женат был? — вывел меня из размышлений Санька, который нашёл меня на берегу моря. Я ждал Раю, которая уже должна была появиться, но задерживалась. Пока её не было, я развел костер и стал жарить рыбу, которую получил в качестве премии за выполненную работу. Как раз к тому моменту, когда я подвесил рыбу над огнем, ко мне и подошёл Санька.

— Допустим.

— А как ты с женой познакомился?

— С Алисой? — Поле. Девушка. Венок. Вот что я ему скажу. Что она пришла ко мне из мечты и в мечту ушла, когда надоела?

— Как ты с ней познакомился?

— Она сама подошла и сказала, что я обязан на ней жениться.

— Прям так и сказала? — выпучил глаза Санька.

— Да.

— Нет, у меня этот фокус не пройдёт, — вздохнул Санька. Я посмотрел на высокого парня, который явно не знал как подойти к девчонки и не мог понять, чего он боится.

— В чём проблема?

— Даша не такая. Она скромная. Стеснительная.

— И?

— Она первый шаг не сделает.

— Так сделай ты.

— А если её это на пугает?

— И?

— Чего ты заладил свое «и»? У меня есть всего лишь один шанс.

— Она бомба? — его слова меня рассмешили, а удивленный взгляд добил. — Ну, не тот провод перерезать и бомба взорвется. А тут какие могут быть проблемы? Откажет погулять сходить? Так пригласи на танцы. Откажет на танцы, так ещё чего придумай. Если будешь тупить, то только время потратишь.

— Думаешь?

— Ага. Не думал бы, то не говорил.

— О! Рыба! Вань, а с чего ты такой добрый? — к нам подлетела Рая.

— А я по-твоему злой?

— Колючий, как ёж! — она повисла у меня на шеи. — Но милый!

— Слезь, егоза.

— Сам ты коза! — фыркнула она, даже не собираясь слезать с моей спины. — О чем разговоры? Чур я с вами!

— Собираемся пойти ночью тварь ловить, — пошутил я. У Саньки вытянулось лицо от такого предложения.

— Хорошо. Надо будет сеть взять, — спокойно ответила Рая.

— Что ты там жрешь на моей шее?

— Земляные орехи. Будешь?

— Давай.

Она отсыпала мне в ладонь орехов, перемазов рубашку, но я не стал ругаться. Предложил орехов Саньке, тот только головой покачал. Ну, наше дело предложить, а его отказаться.

— Рыба готова?

— Если дашь посмотреть, то скажу. Только слезь с моей шее. Не понимаю эту дурацкую привычку.

— Я сама ее не понимаю, но ты такой милый! Так и хочется твои колючки потрепать.

— Больше не буду так коротко стричься, — проворчал я.

— Вредный ворчун.

Мы с ней продолжали обмениваться колкостями, пока я проверял рыбу. Санька сидел рядом и молчал, наблюдая за нами.

— Вот ты говоришь, что я молчун и вредина. А сейчас сидит Санька и молчит. Про него ты ни слова не сказала, — заметил я.

— Ему простительно. Он влюбленный идиот. А значит обязан сидеть с задумчивым лицом и думать о своей красавице, которая знать о нем не знает, — выпалила Рая.

— Кто я? — возмутился Санька.

— Идиот. Влюбленный, — повторила Рая.