Сестры-соседки уже были там. Затягивали потуже корсеты, красили сажей ресницы, румянили клюквенным соком губы. Видно, собирались в конце снять маски.

— Я страсть как танцевать люблю! — оживленно говорила одна. — Любого до смерти затанцую. Вот бы выловить в толпе знатного господина, да и сплясать с ним.

— А ты смотри, кто богаче всех одет. Не прогадаешь, — посоветовала Ивка.

— Ну да, богаче всех купцы одеваются. А сами-то несколько лет назад в драных портках бегали.

— А я и с купцом пойду, — заявляла другая сестра. — Он мне потом морожена купит. А может, и подарит чего на память.

— Ага. А потом в кабак потащит. Расплачиваться.

— А тут надо вовремя удрать. А еще лучше потом заставить на себе жениться.

И вообще, в жизни надо уметь рисковать.

— Больно ты умеешь.

— Я учусь.

Ивка надела праздничное платье, натянула новые полусапожки, а чепец надевать не стала. Вместо этого распустила по плечам пшеничные волосы. Если бы Ма Оница такую вольность увидела, враз бы по щекам отхлестала. Но Ма Оницы рядом не было.

Осторожно, боясь помять или испачкать, приложила к лицу маску-бабочку, завязала на затылке тесемки.

Девчонки-сестры обиженно примолкли. Их наряды ни в какое сравнение не шли с Ивкиным.

Ишь вырядилась, тяжелая. У самой пузо, а туда же, — читалось на сестриных вытянутых лицах.

Ивка только победно хмыкнула и выскользнула за дверь.

Было такое впечатление, что весь город высыпал на улицы. Некоторые были в костюмах, большинство просто нарядно одетые, в масках и полумасках. Мимо Ивки пролетела разрумянившаяся девушка в пышной юбке знатной особы, но в старых, разношенных башмаках. На весь костюм у нее явно не хватило денег. Хмурый дядька провел на цепочке мужика в медвежьей шкуре с кольцом в носу. Пробежало несколько мальчишек в полосатых колпаках, с поросячьими носами.

В воздухе стоял терпкий, чуть хмельной дух праздника. Ивка вдохнула его полной грудью.

— Сегодня можно все, — подмигивали с неба звезды.

— Сегодня ни за что не надо платить, — шептали гирлянды цветов на фонарях.

— Сегодня сбудутся все желания, — подталкивали в спину нетерпеливо раскачивающиеся ветви деревьев.

Толпа вынесла Ивку на главную площадь перед ратушей. Палатки и лотки с нее исчезли, а на подмостках, где утром выступали комедианты, отстукивал быстрый ритм барабан, тревожно звенел бубен, рвала душу скрипка, соловьем разливались флейты. Рядом с подмостками уже самозабвенно отплясывали самые нетерпеливые.

— Станцуем? — перед Ивкой остановился паренек в широких синих шароварах, перевязанных красным кушаком.

Ивка улыбнулась и протянула руку. Лоб у паренька был влажным от волнения, но ладонь была сухая, теплая. От него чуть-чуть пахло пивом.

Толпа уже вовсю кружилась вокруг, подчиняясь мелодии с подмостков.

Поворот. Шаг вперед. Поворот.

Парнишка крепко прижал Ивку к себе. Положил одну руку на пояс, другую выгнул коромыслом, повел по кругу, пристукивая каблуками.

— Ты местная?

— Местная, — соврала Ивка. — Из Хо-Хо-Куса. Ей почему-то вдруг очень захотелось стать одним из жителей такого прекрасного города. Пусть только для одного незнакомого юнца.

— Хорошо тебе, — стараясь перекричать музыку и гомон толпы, крикнул ей в ухо паренек. — А я сюда целых два дня шел. Ну, чтобы поглазеть. И не жалею ничуть.

Поворот. Взмах рукой. Поворот.

Под мышками у парнишки расплылись темные пятна. Резко пахло мужским потом. Не противно, нет. Карие глаза. Белые зубы. Брови вразлет. Только познакомились, а кажется, вечность танцуют бок о бок. Как его зовут? Вроде представился. Забыла. Не важно.

Поворот. Шаг назад. Поворот.

Ночь обволакивала темнотой. Случайный партнер на час нежно касался губами разгоряченной щеки. Ивка теснее прижалась к нему. Мелодия разливалась вокруг, волновала. Дарила забвение и негу. Хотелось, чтобы музыка никогда не кончалась.

Поворот. Шаг в сторону. Поклон.

Танец закончился. Взмокшие от усердия музыканты опустили инструменты. Стало вдруг очень тихо.

Вседозволенность раннего вечера растворилась в наступающих сумерках.

Сальные волосы. Толстый нос в черных точках. Рука, настойчиво шарящая пониже спины. Хриплый шепот.

— Пойдем. Пойдем со мной.

С какой стати. Ивка не с нашеста свалилась.

— Сейчас. Сейчас вернусь. Жди.

Ивка отступила в толпу. Снова заиграла музыка. Загадочно заблестели глаза у женщин. Мужчины расправили плечи.

Девушка налетела на вихрастого мальчишку в синем плаще. К плащу неумелыми стежками были пришиты кривобокие тряпочные звезды.

— Ага! И ты тут, пузатая.

— Старый знакомый.

— Станцуем?

Не дожидаясь ответа, мальчишка схватил Ивку за руку и заплясал не в такт и не в лад.