Торгар почувствовал, как в груди закипает гнев. Пока он сопровождал Тараса с приглашениями на Сбор Дани, на одного из его подопечных напали на улице. Поскольку он не получил никаких известий, он предположил, что Маделин благополучно добралась до дома. Но так ли это на самом деле?

— Почему вы так долго не давали нам знать? — Торгар спросил.

— Мы послали жреца сообщить твоему господину, что она остановилась в нашем храме. Дерек огляделся, его лицо нервно подергивалось. — Недавно мы узнали, что его убили. Сообщение так и не дошло до вашего лагеря. Калан, наш первосвященник, послал членов нашего ордена в ваше поместье, чтобы узнать, там ли она. Это не так. Разве она не приходила сюда?

Торгар выглядел достаточно ответа.

— Тогда ты должен сказать своему хозяину, — настаивал Дерек. — Его жена пропала, и мы опасаемся, что ее похитила одна из воровских гильдий.

— Если так, то ее может не быть в живых, — вздохнул Торгар. — Мы не получили никаких требований.

— Вообще-то, — сказал Дерек, протягивая дрожащую руку. — Думаю, что да.

В дрожащих пальцах он держал свиток, запечатанный воском. Сам воск был гладким, без каких-либо знаков отличия. Торгар взял его, подняв бровь.

— Меня остановил человек в сером плаще, — сказал Дерек. — Он дал мне свиток и велел передать его тому, кому я передал послание. Он поклялся, что я умру, если открою ее или хотя бы задержусь.

Он сделал шаг назад, как будто записка могла взорваться и убить их всех. Торгар сломал печать и развернул ее. Сообщение было коротким и не заняло много времени.

«Кинана,

На конец Сбора Дани. Покиньте Тидарис сегодня вечером. Если нет, Маделин умрет. Потом Тарас. Потом ты.

Паук.»

Торгар свернул записку и сжал ее так крепко, что бумага смялась, а воск треснул и упал на землю крошечными кусочками.

— Послушай меня, Дерек, — сказал Торгар. — Останешься здесь. Они убьют тебя на обратном пути, понимаешь?

— Я не боюсь смерти, — сказал Дерек, но вид у него был испуганный.

— Напуган или нет, нет смысла возвращаться в их ловушку, — настаивал капитан наемников. — Но уходи и умри, если хочешь. У меня есть дела поважнее.

Он поспешил обратно в павильон, честно говоря, не заботясь о том, остался ли священник. Когда он вошел, Лори громко смеялась, не обращая внимания на любопытный взгляд Тараса.

— Милорд, — сказал Торгар, опускаясь на колени рядом с ухом Лори. — Нам нужно поговорить.

— Минутку, — сказала Лори, похлопав наемника по плечу. — Лион как раз рассказывал замечательную историю о том, как…

— Сейчас, — настаивал Торгар. Настроение сразу испортилось. Лион бросил на него взгляд, недвусмысленно говоривший, что если бы он был его наемником, то присоединился бы к Дурису как к игре для нежных прикосновений. Лори посмотрела на Торгара, заметив нетерпение в его глазах, и повернулась к остальным.

— Минутку, если можно, — сказал он, вставая. Тарас молча последовал за ним.

— Что, черт возьми, такого важного, что я должен казаться рабом собственного наемника? — Спросила Лори, когда они вышли из палатки. В ответ Торгар протянул ему свиток. Лори прочел его, выругался, бросил на землю и наступил на него каблуком.

— Где Маделин? — спросил он.

— Она так и не вернулась домой, — объяснил Торгар. Он подытожил то, что рассказал ему жрец Асмуда. Закончив, он отступил назад и скрестил руки на груди, гадая, что сделает его хозяин.

— Мы не знаем, жива она или мертва, — сказал Лори, покраснев от гнева. — И даже если я сделаю то, что они скажут, нет никакой гарантии, что они оставят ее в живых.

— А угроза вашей жизни и жизни вашего сына?

Лори взглянула на Тараса, который молчал.

— За последние пять лет я получала по сотне таких писем в год, — сказала Лори. — Почему я должен относиться к этому по-другому?

Торгар пожал плечами.

— Как сильно ты хочешь ее вернуть? — спросил он.

— Дело не в этом, — сказала Лори.

— В том-то и дело. Это единственный чертов пункт. Вы хотите, чтобы оставаться сильным в глазах Ролэнга, тогда оставайся. Вы хотите сохранить свое эго нетронутым, тогда оставайтесь. Но если ты хочешь ее вернуть, скажи. Соберите всех слуг, еду и Эль, и мы пойдем. Какое это имеет значение? У нас был пир. У тебя свои планы.

Лори выглядела достаточно разъяренной, чтобы убить. Его рука потянулась к украшенному драгоценными камнями кинжалу, висевшему на поясе. Торгар отказался двигаться. Он понимал, что сказал что-то не то, но последнее, что он должен был сказать.