– Мой брат не выбирал, кем родиться, - помедлив, добавила: - Но мужчина из него получился очень достойный.

– О да!
– с жаром согласилась Вианиша, чем вызвала подозрительные взгляды кузенов.

– Вы можете судить о своём брате как о мужчине?
– тот, кого Дарилла назвала Увашаром, насмешливо вскинул брови.
– Не думал, что сёстры могут смотреть на своих братьев так...

– А стоило бы!
– Вианиша сердито взглянула на него.
– Если брат не мужик, а засранец, это сразу видно!

Видимо, этот король мира не понравился не только Дарилле. Вианиша смотрела на кузена с застарелой злостью. Так смотрят только на тех, кто бесит так сильно, что хоть зубами рви, но в силу каких-то обстоятельств приходится терпеть их присутствие. Двое других оборотней, похоже, брата тоже не очень жаловали, так как позволили себе сдержанные насмешливые улыбки.

Увашар взглянул на сестру с яростью и презрительным снисхождением, как на городскую дурочку, и процедил сквозь зубы:

– Выбирай выражения. Я тебе не папа, терпеть не буду.

– Да и не надо! Давай сразимся, и я точно тебя порву.

Девушка приподнялась на месте, но была остановлена своим самым вежливым кузеном. Так его для себя обозначила Дарилла.

– Вианиша! Увашар! Где ваши манеры? Не смейте грызться при гостье!

О! Да она угадала! У Дариллы даже настроение приподнялось. Что ж, гаду гадкое имя!

Вианиша и Увашар сжали губы и отвели глаза. Но чувствовалось, что они готовы сцепиться языками в любое мгновение.

На почти полминуты наступила тишина. Вежливый кузен внимательно осмотрел своих склочных родственников и, решив, что они вполне успокоились, вернул своё внимание гостье.

– Прошу прощения, у этих двоих весьма туго с манерами, - оборотень ослепительно улыбнулся.

Ответная улыбка Дариллы была куда сдержаннее. Почему-то ей казалось, что эти мужчины воспринимают её как легкомысленную девчонку, которой можно легко запудрить мозги. Поэтому она старалась не давать ни малейшего повода для возникновения у них подозрений в её расположенности.

– Не мне судить кого-то за отсутствие манер, - отмахнулась девушка.

– Да?
– в разговор вступил кузен, до этого момента в основном молчавший. Он был самым красивым из всех и явно был избалован вниманием женщин. На Дариллу он смотрел без интереса, взгляд его казался скучающим. В момент знакомства заинтересованность он проявил, только рассматривая грудь гостьи.
– А я слышал, что в Нордасе отсутствие манер у девушки воспринимается как отсутствие девственности.

Воцарилась напряжённая тишина. Вианиша с возмущением уставилась на брата. Тот же с ленивым интересом глядел на Дариллу, видимо, ожидая смущения. Но девушка рассмеялась.

– Боги, какая чушь!
– выдохнула она, заставив брови мужчины изумлённо изогнуться.
– Я, конечно, слышала многое про нордасское ханжество, но подобное впервые. Весьма забавно!

– Викан, не стоит пересказывать все странные слухи, что когда-то доходили до тебя, - укорил его вежливый кузен.

Ага, Викан. Значит вежливый - Леахаш. Дарилла почувствовала себя увереннее.

– Вы так говорите, словно типично нордасское воспитание вас не коснулось, - в глазах красавца-кузена появилось любопытство, и он ещё раз осмотрел фигуру Дариллы. Она еле сдержала желание прикрыть грудь руками.

– Конечно же, коснулось, - ровно ответила девушка, старательно притворяясь, что не замечает не очень приличного внимания оборотня, - но за более чем четыре года я стала относиться ко многому проще.

– Неужели?
– глаза Викана прищурились, как у кота, и он медленно растянул губы в улыбке, которая явно была призвана похищать женские сердца.

Дарилла чуть вслух не застонала, когда сообразила, что всё же допустила двусмысленность. На помощь ей пришёл Леахаш.

– У вас прекрасное произношение. Видимо, вы получили замечательное образование, - заметил он.

– Моя матушка постаралась найти нам лучших учителей.

Разговор явно не клеился. Одна тема сменялась другой, и каждый раз беседа заходила в тупик. Вот как сейчас. В комнате в очередной раз повисло молчание. Вианиша расстроенно посматривала на Дариллу. Девушке было очень неловко за поведение кузенов перед гостьей, и она теперь опасалась, что Дарилла больше не захочется общаться с ней после такого знакомства.

– А как много языков ты знаешь?
– робко поинтересовалась оборотница.

Дарилла открыла было рот, чтобы ответить, но замерла. Брови её слегка приподнялись в удивлении, а губы зашевелились, словно она что-то считала.

– Помимо родного, я неплохо говорю на пяти языках, - девушка сделала паузу, размышляя, стоит ли продолжать дальше, и всё же продолжила: - И ещё на примерно семи я более-менее сносно могу изъясняться, но весьма просторечными выражениями.

Эти семь или более языков - Дарилла точно припомнить не смогла - девушка выучила уже в странствиях по необходимости. Но выражения действительно были очень просторечными. А если точнее, то в основном это были площадная брань и забористая ругань речников.