Бывший вольный шёл рядом с девушкой. Точнее, она держала его за руку и вела за собой. Мужчина, правда, ворчал, что он и без чужой помощи дойдёт, но Дарилла даже слушать его не стала. Тем более сейчас он не пользовался даром: берёг для дальнейшего дела.

Малыш Дар возился в мешке за спиной Низкана и недовольно ворчал. Зверёнышу там не нравилось, и он рвался наружу. Но его коготки и зубы пока ещё были слишком малы, а лапы слабы, поэтому он мог только жалостливо пищать, выпрашиваясь на волю, и негодующе повизгивать.

Часом ранее Дарилла и Низкан сидели в таверне одной из самых неблагополучных частей города. Девушку поразила способность слепого так быстро находить информацию в совершенно чужом месте. И это было ещё удивительнее, если учесть, что Низкан говорил по-южносалейски очень плохо.

Ещё ранее, до посиделок в таверне, мужчина и девушка вернулись на площадь, где некоторое время отирались возле прилавков. Дарилла всё никак не могла понять, зачем им это, пока Низкан не начал разговаривать с купцами. Многие из них вполне неплохо говорили по-давридански и с радостью поделились с заезжим человеком, в какие части города лучше совсем не соваться. А потом с не меньшим воодушевлением поделились слухами о самых последних стычках, что проходили между лихими людьми. По их словам выходило, что чаще всего драки, заканчивающиеся поножовщиной, случались в восточной части города, в квартале, что примыкал к улице Лосиных рогов. А один торговец, оборотень-куница с запада Салеи, тихим шёпотом поделился, что не далее как дня три назад в том квартале поймали за руку какого-то высокопоставленного оборотня. Вроде бы он принимал взятку от главы одной из семей вольных.

Дарилла понимала, что все эти слухи, граничащие со сплетнями, зачем-то нужны Низкану. Но сообразить, что именно он хотел вызнать, у девушки никак не получалось. Все домыслы уж слишком смутными выходили.

Как выяснилось, этот ненавязчивый допрос купцов был направлен на то, чтобы найти место, где собирается лихой народец Байрина. Но и это было лишь одной из ступенек к тому, что искал Низкан.

В упомянутой купцом-оборотнем таверне Низкан и Дарилла пробыли недолго. Бывший вольный сразу шагнул к стойке хозяина и что-то у него спросил. Хозяин, толстый верзила с лысой головой и неприветливым взглядом, не понял, чего от него хотят, поэтому пришлось подозвать Дариллу, у которой были и знание языка, и кошель Низкана. Договорившись о скромной оплате в пару серебряных монет, парочка получила от подобревшего хозяина указания, где найти лавочку, в которой можно было бы приобрести кое-какие запрещённые к продаже товары.

И вот сейчас они искали эту самую лавочку.

– Стой, я, кажется, её вижу, - Дарилла прищурилась, всматриваясь в виднеющуюся в конце улицы вывеску.

Вывеска представляла собой простую доску, на которую железными скобами прибили молоток.

– Это она, - сообщила девушка.
– Слушай, а нам точно туда нужно? У нас денег не очень много.

– Нам много не понадобится, - успокоил её Низкан и шагнул вперёд.

Когда они вошли, где-то в глубине торговой лавки звякнул колокольчик. Их встретил приветливой улыбкой невысокий коренастый мужчина весьма располагающей наружности. Его округлое лицо так и лучилось добродушием.

– Что угодно господам?
– живо поинтересовался он.

Дарилла осмотрелась. На стенах висели различные орудия труда, которые были так необходимы в быту: молотки, топоры, ножи, кастрюли и сковороды, металлические подносы... Всё выглядело очень прилично и невинно. Даже остро заточенное лезвие топора было похоже на радушную улыбку. Но ощущение опасности всё равно не покинуло девушку, а хозяин лавки и вовсе показался ей неприятным типом.

– Мы по рекомендации Рхева, - Низкан обратился по-давридански и назвал имя хозяина таверны, который и указал им путь сюда.

Доброжелательная улыбка торговца покривела и превратилась в ухмылку.

– О-о-о, - многозначительно протянул он и тоже перешёл на давриданский.
– Так что надобно господину и его... спутнице?

Хозяину лавки даже принюхиваться не понадобилось, хватило одного взгляда, чтобы понять, что один из посетителей - девушка.

Низкан выпустил руку Дариллы и подошёл ближе. Оборотень, пристально за ним наблюдающий, удивлённо вскинул брови. Его цепкий взгляд помечал все мелочи, и мужчина обратил внимание на то, как осторожно ступает посетитель.

– Господин слеп?
– поинтересовался он.

– Любопытство - пагубный порок, - с намёком ответил Низкан.
– Мне нужна взрывная смесь и увеличивающее стекло.

Дарилла с удивлением посмотрела на него. Стекло? Зачем?

– И ещё моток тонкой верёвки и маленькая лопата.

Хозяин кивнул и скрылся в другой комнате. Отсутствовал он достаточно долго. Зверёныш успел окончательно потерять терпение и теперь орал в голос. Дарилле его рёв напоминал ор кота, поющего серенады кошке.

Вернулся торговец с мешком в руках, который водрузил на стойку. Низкан знаком подозвал Дариллу.

– Проверь, - велел бывший вольный.

Девушка заглянула в мешок. Там обнаружилась и небольшая лопатка, и моток верёвки, и кожаный чехол, в котором лежало увеличивающее стекло, и весьма увесистый мешок с каким-то порошком. Порошок Низкан проверил сам. Понюхал и пощупал, после чего удовлетворённо кивнул и забрал у девушки свой кошель.

От торговой лавки парочка удалялась чуть ли не бегом. На руках у Дариллы беспокойно возился зверёныш, которого всё же пришлось выпустить, а Низкан на ходу запихивал купленное в свой вместительный вещевой мешок.