Шрифт:
Охрана даже не собиралась меня тормозить, проводив каким-то особенным взглядом, но я была так умиротворена, что не заметила и, выскочив через главные двери, покрутила головой.
Лето. Уже светает, и ночная тьма исчезла, позволяя видеть все четко и ясно, но при этом, позволяя не щуриться на солнце и все еще не нагрев воздух перед жарким днем.
Прижимая к себе сумку как самое сокровенное, я поспешила к остановке, но буквально через несколько минут до меня дошло, что еще слишком рано, и автобусы как и метро не ходят. Задумавшись, я не сразу заметила приблизившегося ко мне мужчину.
– Малюткина. Не ожидал от тебя. – Зло сказал мой бывший начальник и буквально за секунду преодолел расстояние между нами.
– Еще раз здравствуйте, Михаил Александрович. – Пролепетала я, отходя назад. Мысленная табличка опасность загорелась над моей головой так ярко, что я сглотнула вязкую слюну.
Ну а собственно чего я могла ожидать? Конечно же, директор решил проучить нерадивую работницу, унизившую его перед заемщиком.
– Ты когда успела на член Свободина то прыгнуть? Хорошо видно скакала, раз он так за тебя впрягся.
– Ничего я не скакала…
– Рассказывай.
Дальше произошло что-то странное, то, что я не могла представить себе даже пару минут назад. Он меня толкнул. Толкнул! Как в школе старшеклассник может толкнуть второклассника, и, не ожидав, я повалилась назад, запнувшись о бордюр и приземляясь прямо в траву.
– Значит так… - Начал он, но звук хлопнувшей двери автомобиля привлек его внимание, и Ивашкин сразу побледнел.
– Значит так. – Грудной бас Максима Сергеевича, приближающегося со стороны дороги, не сулил ничего хорошего. – Деньги чтобы были через пару часов. Последнее предупреждение. Время пошло.
Тем временем горячие тяжелые ладони опустились на мои плечи и одним рывком меня подняли на ноги как пушинку и спиной впечатали в крепкую грудь, по-хозяйски обхватывая двумя руками.
Большой. Твердый как скала. Но стоило признаться – чувство безопасности накрыло так же быстро, как меня подняли с земли, и табличка «опасность» начала гаснуть.
Михаил Александрович кивнул, икнул и потихоньку принялся отползать назад, капитулируя перед соперником посильнее, чем он. Как только серые брюки нырнули в машину, хозяин «Соблазна» отлепил меня от своей груди и потянул за собой.
– В машину, живо.
Не смея перечить, заметив красные огоньки гнева в темных глазах, я послушно следовала за ним до черного авто, в которое меня чуть ли не силой запихнули и закрыли дверь.
– Спасибо.
– Достала ты уже, Стеша, влипать в неприятности. – С ухмылкой ответил он на мою благодарность. – Я знаю тебя несколько часов, и уже трижды спас твою прекрасную задницу.
От «прекрасной задницы» я почувствовала, как смущение вновь берет свое и вжалась в кресло, честно признаться удобное до невозможности, особенно после такого насыщенного дня на ногах. Я как опоссум, чуть переволновалась – вырубаюсь мертвым сном.
Максим Сергеевич завел машину и тронулся с места, лишь искоса поглядывая на меня с нечитаемыми чувствами, и только спустя пару минут езды, спросил:
– Куда вести тебя?
– Вологодская пять. – Выдавила я и вновь стушевалась.
Это не самый близкий район, чего уж скрывать. Да к тому же частный сектор, полный самого нелицеприятного контингента, начиная с ближайшего соседнего дома, в котором жила семья цыган время от времени затравливая улицу стойким запахом бензина, бог знает для каких целей, но все определенно догадывались.
– Ты чего в том районе забыла, девочка-Стеша?
– Живу я там. Комнату снимаю. – Буркнула в ответ.
– Понял. Поспи пока, ехать прилично, хоть утром и пробок нет. – Сказал он и включил магнитолу.
Что-то томное полилось из динамиков, заполнив салон спокойной атмосферой, и я честно опустила веки, откидываясь на спинку сидения, и провалилась в долгожданный сон, переживая потрясения дня. И ночи.
Глава 8
Максим
Так и знал, что Ивашкин вылезет как чирей на заднице. Куда там, обидела малолетка взрослого мужчина, лишив хорошей такой суммы, хоть и взятой в долг, еще и сверху наличку себе лично присвоила. Гордость задели! Дерьма кусок! На меня бы рыпнуться не посмел, в итоге решив на Малюткиной отыграться, гнида.
Девочка уснула и, судя по всему крепко. Отрубилась за пару минут и сейчас сладко посапывает, повесив голову на грудь. Затечет.
Остановился на светофоре и потянулся к соседнему креслу, опуская сиденье и укладывая Стешу на него. Да, так определенно лучше. Во сне она продолжала обнимать сумку, но запрокинутое лицо, говорило о полной нирване. Сейчас пушкой над ухом грохни, продолжит спать.