– Я бы в самом деле сделал ремонт. – Элий оглядел в свою очередь закопченный потолок и битые стекла в окнах, залепленные клейкой лентой. – Боги слишком причудливо исполняют людские желания. Не проще ли самим заняться делами?

Хозяин посмотрел на него с удивлением – гость, без сомнения, слышал надменные слова Туллии, но при этом не обиделся, а заговорил с хозяином по-приятельски. В ответ хозяин пробормотал слова благодарности и прибавил лишних десять ассов к счету.

Летиция втянула воздух ноздрями. Запах жареного мяса и пряный аромат свежей петрушки вызывали чудовищный аппетит.

– Кассий, может, махнемся с тобой, а? Мне надоел бульон еще больше, чем каша. Я хочу мяса. Слышишь – мя-са! – проговорила она голосом молодой хищницы, почуявшей добычу.

Обещанное Элием спасение излечило ее куда быстрее, чем все лекарства служителя Эскулапа.

– Можешь выпить мой бульон, – щедро предложил Элий, – у меня совершенно нет аппетита.

– Приказываю обоим заняться бульоном, а потом как можно быстрее вернуться в фургон, – строгим голосом проговорил Кассий, чувствуя, что ему катастрофически не хватает авторитета, и строптивые пациенты не хотят его слушаться.

Какой-то крестьянин в широкополой шляпе вошел в таверну, взял бокал вейского вина и уселся у дверей. Кассий, как ни пытался, не смог разглядеть его лица.

– Этот хоть расплатится, – объявила на всю таверну хозяйка. – А за теми тремя следи. Они могут удрать тайком.

Летти уже расправилась с бульоном и теперь ножом отковыривала куски жаркого от порции Кассия.

– Элий, если ты не будешь есть, то я не отвечаю за твое здоровье. – Медик с тоской глядел, как пустеет его тарелка.

Но Элий уже не слушал Кассия. Потому что крестьянин в широкополой шляпе поднялся и вскинул руку, как хорошо обученный солдат. Вороненый металл «парабеллума» сверкнул в красном отблеске лампы. Но с реакцией гладиатора убийца тягаться не мог. Элий левой рукой пихнул Летицию в плечо, а правой выхватил из-под туники спрятанный пистолет. Два выстрела грохнули почти одновременно. Пуля убийцы ударила в стену там, где только что находилась голова девочки. Выстрел Элия угодил крестьянину в грудь. Пуля прошла навылет. Но из-за малого калибра даже не сбила его с ног. Раненый, крестьянин выстрелил еще дважды. В этот раз он метил в Элия (Летиция и Кассий были уже под столом), но в сенатора не попал каким-то чудом. Обе пули просвистели рядом с головой Элия, как будто тот был заговорен. Тогда Элий выстрелил вновь. «Крестьянин» обрушился на пол.

– Можно вылезать! – Элий стукнул ладонью по столу.

Кассий выбрался и постарался принять достойный вид. Летти высунула лишь голову. Элий вытащил ее за шиворот из-под стола. В полумраке таверны причудливыми узорами растекались сиреневые струйки порохового дыма. В наступившей после пальбы тишине было лишь слышно, как Туллия, забившись под стойку, тихонько повизгивает.

Элий, спотыкаясь, направился к выходу. У дверей остановился и глянул на лежащего человека. Еще один труп. Бывший гладиатор становится профессиональным убийцей. Он убивает, чтобы спасти. Какая-то бессмыслица. Элий взял Летти за руку и вывел из таверны.

Кассий задержался и присел на корточки возле убийцы. На губах раненого выступила розовая пена – пули Элия пробили ему легкое.

– Принеси кусок плотной клеенки и бинты, – приказал Кассий хозяину.

– Откуда у нас бинты, – тявкнула из-под прилавка женщина. – И кто ты вообще такой, чтобы здесь распоряжаться. Ты даже за обед не заплатил.

– Я – медик! – Кассий швырнул несколько монет на прилавок. – А это плата. Поскорее!

Увидев монеты, хозяин сразу подчинился. Кассий прижал к простреленной груди раненого кусок клеенки, пытаясь помешать воздуху выходить из раны, пока хозяин не принес бинты.

– Я знаю этого типа, – сказал Кассий. – То есть не знаю его лично. Но его фото вигилы развешивают повсюду. Он разыскивается за убийство. Как сейчас помню: награда в десять золотых. Ну да, конечно! Его имя Блез. Получите за него награду, когда сдадите властям, и купите себе клеймо на игры в Антиохии.

Услышав такое, хозяйка высунулась из-под прилавка:

– За него вправду дадут десять золотых? – Она смотрела на раненого, как на жирного поросенка, из которого можно приготовить жаркое.

– Если он останется в живых, – Кассий пониже склонился над раненым, чтобы женщина не заметила улыбки на его губах.

Туллия кинулась звонить вигилам и в «скорую». А Кассий ушел беспрепятственно, радуясь удачной выдумке. А, выйдя, на стене таверны увидел рядом с объявлением о продаже коровы и сообщениями о постановке в местном театре «Медеи» плакат вигилов:

«По подозрению в убийстве разыскивается бывший легионер Двадцатого легиона Блез. Награда в десять золотых».

Кассий на всякий случай снял очки и протер. Потом вновь надел. Объявление было на месте. Но медик был уверен, что прежде его не читал.

Квинт дожидался в просторной приемной главного редактора «Акты диурны». Золотые полотнища солнечного света падали на роскошный мозаичный пол, в мельчайший подробностях воспроизводивший форум. На переднем плане мальчишка-лоточник торговал вестниками. И если присмотреться, то можно было разобрать, что в руке он держал «Акту диурну». Золото горело на капителях колонн, на милевом столбе, от которого ведут отсчет все римские дороги, в арках табулярия застыли бесчисленные статуи. Золотые квадриги на крышах храмов мчались в небе из настоящей бирюзы.