— Я не надолго, сын, — выдал он, стараясь не смотреть на меня. Как бы показывая, что его больше интересует Михей, чем я. А мне всё равно, жить я буду с мужем, а не с его старшей копией, у которой явно характер не сахар. — Так что, примите от меня этот скромный подарок и пожелания быть счастливыми.

Мой дракон не притронулся к подарку, зато кивнул в мою сторону, мол, мне отдавай. И мне же его протянули. Я машинально взял и нечаянно прикоснулся к Ольгару кончиками пальцев.

Лёгкий разряд, искорка, и я покачнулся. Чёрный дракон машинально поддержал меня, а я, посмотрев в жёлтые глаза, как всегда выдал то, что не ожидали от меня в этот момент:

— Не трать этот год на упрямство, обвинения других и раздумия, борись за своего дракона, если он тебе впрямь нужен, а то уйдёт, и не воротишь.

— Он моя Пара, — зарычав, мужчина, отдёргивает от меня руки, но я вновь хватаюсь и притягиваю ближе к себе, чтобы продолжить говорить, хоть и мужчина пытался вырваться. Я же оставался на своём месте и не отпускал того.

— Какой же упрямый дракон, не видящий за пределами своего носа ничего. Говоришь, Пара, но и она может найти другую любовь, и им не надо быть истинными. Послушай, упрямец, потому что в моих словах есть правда. Как только истечёт этот год, ты потеряешь возможность даже просто видеть издали своего белого дракона. Он будет любить и будет любим, он познает то, что не познал с тобой, а будущее его потомство будет украшать и радовать другую семью. Хочешь этого — дерзай, но потом не жалей и не говори, что кто-то виноват, а не ты.

Я выдохся, мой внутренний голос замолчал, и я медленно расцепил пальцы, что, как клещи, впились в руку дракона. Наверное, у него останутся синяки, зато будет долго помнить о том, что я сказал.

И дракон рванул на выход, как будто за ним гонится сама смерть.

— Вот и всё, — как-то обречённо вымолвил Михей, прижимая меня к себе, попутно кивая головой одному из своих друзей. — Ты прав, мой отец очень упрямый и никогда не прислушивался к словам омег. Это одна из причин их расставания, я так думаю. Прошу, Дантэ, если я буду проявлять такие же замашки, напоминай мне, чтобы не уподобился своему отцу.

— Хорошо, — я заглядываю в грустные глаза мужа и понимаю, что в них все ещё плещется страх. — Ты хоть и похож на отца, но думать и действовать всегда будешь не так как он. Поверь. А если не веришь, то я… тебя покусаю…

— Хм… — в глазах заискрилось лукавство и предвкушение. — А я могу выбрать… куда меня куснуть?

— Н-е-а… пусть это будет сюрприз…

Рассмеявшись и поцеловавшись, мы вновь принялись кивать гостям.

***

После нескольких друзей Михея прибыл и мой милый друг Кай.

Оделся, как всегда во всё новое, но не стараясь поразить блеском. Ему это не нужно было, потому что он сам, как драгоценный камень — сверкает своими лазурными глазами, широкая и радостная улыбка озаряет лицо.

Быстро подбежав к нам, он поцеловал и обнял, а затем выдал множество слов, из которых было понятно, что он недоволен, что мы такие скрытные, что даже ни разу не признались, что знакомы и что готовы жениться.

Может быть, он ещё бы высказывался, но Михею пришлось мягко перебить этот словесный поток и приветствовать нового гостя.

Им оказался Элькор Сальвадорэ.

Белоснежный костюм, украшенный рубинами, заставлявшими красные глаза пылать ещё ярче. Белый с красными узорами шарф, красиво уложенный на шее и плечах. Блестящие белые ботинки были так начищены, что, наверное, вампир мог бы увидеть своё отражение.

Он кивком и парой фраз поприветствовал нас с Михеем и хотел уже отойти, когда его ноздри затрепетали, и он резко повернулся вновь. Пару секунд в неверии осматривал он наши с Михеем, объятия, затем его губы скривились в усмешке, и он выдал:

— А я-то думал, кто же этот «счастливчик», что трахнулся с человечкой, что так неровно дышал в мою сторону, а оказалось, это ты, Михей. И как, не поделишься с другом, как это натягивать его на себя?

Михей начал порыкивать и уже рвался поднадавать дружку за оскорбления, но я придержал и сладким голосом пропел:

— Элькор, дорогой, это ты лучше скажи, кто тебя практически под моими окнами трахал в ту ночь на празднике? Видно, любовник был горяч настолько, что пометил… такого славного и красивого альфочку. — Я нагибаюсь, как можно ближе и, не смотря на бледность, шок, и удивление вампира, вдыхаю его запах. — Какой интересный аромат, и что характерно, на тебе нет других запахов, как от дешёвых омежек, которых трахали несколько альф. Видно, что альфа силён настолько, что твоя тушка продолжает жаждать его прикосновения.

— Рр-р-р!!! Не тебе судить, человечка.

— А я не сужу, я просто констатирую факт. — Холодно ответил я на рычание вампира и дал немного возможности своей магии и силе пройтись по мне и возле меня.

Как я понял, Элькор почувствовал их, и ему стало страшновато. Из-за чего тот резко сжался и сделал шаг назад, а голова склонилась в поклоне. На те доли секунды, когда мы смотрели друг на друга, я прочитал по его глазам, что он не может поверить, что я, человек, обладаю такой силой.

— Присядьте, Элькор Сальвадорэ, и, если будете терпеливы, то многое вы узнаете.