— Что ты делаешь? — удивленно спрашиваю я.

— Выглядишь так, словно тебе нужен друг, — он протягивает мне руку и помогает выйти из машины.

Как это на него похоже. Всегда готов прийти на помощь.

— Нет необходимости, я в порядке.

Он строго смотрит на меня.

— Анна, я знаю тебя. Ты страдаешь, и хотя мы уже не вместе, я все еще считаю тебя одной из своих лучших друзей. Поговори со мной, если тебе станет от этого легче.

Я кусаю губу, не желая делиться тем, что меня действительно беспокоит. Не хотелось бы, чтобы родители узнали о моей беременности от кого-то, кроме меня. Опасно делиться таким с Хорхе. Мне следует как можно дольше хранить эту тайну, как бы мне не хотелось получить совет, что же делать дальше.

— Прости, Хорхе, но я не могу тебе рассказать.

— Я потерял тебя насовсем, да? — Он сглатывает, пытаясь встретиться со мной взглядом.

Я киваю, слезы бегут по моему лицу. Любить Хорхе было так легко, и чувство так вписывалось в жизнь, которой я должна была жить, но теперь я другая и не могу довольствоваться лишь теплыми чувствами. Мне нужна или всепоглощающая страсть или ничего.

Он вытирает мои слезы.

— Все в порядке, Анна. Я знал, что когда-то это случится. Ты всегда была более жизнелюбивой, чем все, кого я знал, и я не тот парень, что мог бы искать с тобой приключений, но я всегда буду твоим другом.

Я всхлипнула, слушая его слова, и потянулась обнять его, пряча свои слезы на его груди. Именно сейчас я осознала, как сильно я изменилась. Неважно, что будет дальше, но я уже никогда не стану той девочкой из церкви, которую папа хотел из меня вырастить, не с ребенком внутри меня. Я должна встать на ноги самостоятельно.

Глава 24

Ксавьер

Мой телефон подаёт сигнал о новом сообщении, и, махнув Кори, чтобы он продолжал тренироваться, я смахиваю уведомление.

На экране высвечивается имя Дины. Эта сучка не хочет сдаваться.

Мне бы не следовало даже читать ее сообщение, потому что она наверняка меня выбесит.

Любопытство побеждает, и я открываю вложение. По мере того, как фото загружается, мое сердце перестаёт биться.

Нет никаких сомнений, что это Анна, обнимающая другого мужчину. Не просто вежливое объятие. Она прижимается к нему, спрятав лицо у него на груди. Я трясу головой, словно это может помочь прояснить зрение, и снова вглядываюсь в изображение.

Блять.

Она в платье и на каблуках, он в костюме. Это что, гребаное свидание?

Я сжимаю телефон в кулаке и с трудом держусь, чтобы не швырнуть его в стену и не разбить на миллиард мелких кусочков.

Одно дело поверить в то, что я могу отпустить ее, и совсем другое дело встретиться лицом к лицу с тем, что в ее жизни появился другой мужчина.

Мои ноздри гневно раздуваются.

Я поворачиваюсь и со всей силы врезаю по боксерской груше, проорав:

— Черт побери!

Я облажался.

Я больше не хочу ее отпускать, потому что не могу. Она моя. Я сделаю все что угодно, чтобы вернуть ее.

Следующие две недели я звоню Анне каждый день, но она не берет трубку. Думаю, это возмездие за то, что я также поступал с ней. Она больше не возвращается в Детройт, и единственное, что я знаю, она живет в доме Брайна и Лив, пока «Напряжение» гастролирует по северо-западу. Брайан и телевизор мои единственные источники информации о ней.

Как бы я не ненавидел видеть ее рядом с Рексом и саму идею продюсеров о показательном противостоянии меня и Рекса в этой компании, направленной против Феноменального Икса, я счастлив, что она все еще участвует в шоу. Потому что я могу смотреть на ее лицо не только в своих снах.

Одно ясно, если я собираюсь вернуть Анну, то я должен быть на «Напряжении» рядом с ней.

Глава 25

Анна

Брайан и Лив прекрасные люди. Они пригласили меня к себе на время перерыва в съемках, чтобы я смогла сэкономить немного денег. Пришлось признаться Лив, что с Ксавьером мы сейчас не в лучших отношениях.

Лив ставит передо мной чашку кофе и садится рядом.

— Ты уверена, что вы с Ксавьером не помиритесь? Он оборвал телефон Брайана, пытаясь добраться до тебя.

Я хмурюсь, думая о сотнях непринятых вызовов от Ксавьера на моем собственном телефоне.

— Он не отвечал, когда до него пыталась добраться я, просто отмахнулся от меня.

— Не пойми меня неправильно, Анна, и поверь, я тоже обижаюсь, если Брайан не отвечает на звонки, но можно же простить его? Он знает, что облажался.

Я вздыхаю.

— Я не знаю. Прямо сейчас я хочу быть подальше от него. Он сильно обидел меня. Не уверена, что смогу поверить, что он не сделает этого снова, и поэтому я знаю, что не смогу долго продержаться на этой работе. Не смогу работать в одной команде, но не быть с ним.