— Я ощущала себя беспомощной. Злой. И мне пришлось идти, чтобы защитить тетю Майю и дядю Кара.

— Точно, — кивнул Мако. — Я хочу, чтобы ты больше не была беспомощной. Я хочу, чтобы ты могла защитить и спасти себя.

— Это мне бы понравилось, — сказала Рема.

— Тренировка начинается с пяти лет. Это часть обучения ребенка.

— Вы учите тут всех детей? — король не позволял учить всех. Только аристократы посещали школу.

— Мы учим и тренируем всех. Это идет рука об руку. Мы не делимся на классы.

Идея не делить людей по работе, деньгам и семье была странной и интересной для Ремы. Но учить детей быть солдатами… это ей не нравилось. Они должны играть, а не учиться убивать.

— То есть с пяти лет ваши дети учатся на солдат, способных убивать?

— Да, — без стыда сказал Мако, — и спасать жизни. Если бы мы только тренировались, то были бы машинами убийств. Потому мы учимся. Мы хотим личностей, что могут думать и принимать решения, основываясь на морали.

Рема посмотрела в карие глаза Мако. Он был серьезен.

— Вы хотите армию, что думает сама, а не следует приказам?

— Я хочу солдат, что не идут слепо за кем-то в бой и убивают, потому что приказали.

Он намекал на короля и Дармика. Рема знала, что Дармик следовал приказам короля, хоть порой они ему не нравились. Но она не думала, что Дармик аморален, раз слушается короля. Ослушание было изменой. У него не было выбора, да?

Она отложила мысли о Дармике, подумала о детях, которых учили как солдат.

— Проблема в том, что вы не даете им выбора. Они родились тут, сразу попали в вашу армию. А если они не хотят сражаться? — и чем это лучше нынешней монархии?

— Если кто-то хочет покинуть крепость, их не держат, — ответил Мако.

Рема не верила, ведь Мако скрывал это место.

Мако продолжал:

— Никто не ушел. Некоторые подумывали, они даже ходили на миссии по королевству, но возвращались с новой решимостью одолеть Барджона. Те, кто не подходит для боя, выбрали работу — учат, готовят еду, делают оружие — вместо сражений. Но у нас одна цель… свергнуть короля и его сыновей.

Рема посмотрела на группу Веши. Они двигались в унисон, плавно и легко.

— Но они не знают лично жестокость короля Барджона, ведь живут тут, укрытые.

Мако улыбнулся Реме.

— Мы можем обсудить это позже. А пока что я хочу, чтобы ты была с группой своего возраста, чтобы познакомиться с ребятами. Думаю, ты научишься многому, пока будешь рядом с теми, кто живет тут.

— Группа Веши? Я не могу так, — она указала на Вешу, взмахивающую высоко ногами, кружащуюся и наносящую несколько ударов сразу.

Мако рассмеялся.

— Ты будешь делать так раньше, чем думаешь.

Прозвучал рожок, и Мако объяснил, что звук сообщал о конце тренировки. Группы разошлись.

— Перед обедом можно заняться своими делами. Многие ходят за вещами или помощью, некоторые бегают вокруг крепости.

Веша и еще один мальчик повторяли движения с инструктором, пока небольшие группы работали вместе. Другие ушли.

— Когда я начну тренироваться? — спросила Рема, радуясь, что ей не нужно сейчас идти к группе Веши. Может, она уговорит Вешу помочь ей, чтобы у нее были основы перед общей тренировкой.

— Сейчас, — ответил он. — Савенек, — Мако повысил голос. Инструктор Вещи обернулся, и Рема увидела его лицо. Это точно был Савенек. Ее желудок опустел. Ей хватало наглеца и до этого.

Мако поманил Савенека. Веша и другой юноша продолжили тренироваться.

Савенек быстро подошел к Мако, не глядя на Рему. Его мокрая туника прилипла к плечам. Он рукавом вытер пот со лба. Савенек не был красивым, как Леннек, но вел себя уверенно, получив это за годы тренировок. Рема не хотела признавать его привлекательным.

— Савенек, — сказал Мако, когда он остановился перед ними. — Есть задание, — Савенек кивнул. — Мне нужно, чтобы ты научил Рему сражаться. Я хочу, чтобы она как можно скорее научилась рукопашному бою и владению мечом.

Савенек замер, не говоря ни слова, не глядя на нее.

— Я бы учил ее сам, — продолжил Мако, — но нет времени. Так что я прошу тебя.

Савенек вскинул брови. Взглянул на нее на миг.

— Сэр, я понимаю, что вы хотите, чтобы она научилась, но и у меня день полный, — он сцепил руки за спиной, высоко подняв голову.