— Тридцать пять долларов за лазанью? — возмутилась Лорелей. — Они шутят?

— Бери, что хочешь, — сказала Дейдре. — Серьезно. Тебе не нужно за это платить.

— Дейдре, ты уже много на меня потратила. Мне стыдно просить и ужин…

— Я с этим разберусь. Наслаждайся. Ты прекрасна, юна и одинока. Я хочу, чтобы ты развлеклась сегодня, хорошо? Я буду думать о деньгах.

Официант вернулся и принял их заказ. Лорелей скромно заказала пармиджану, ведь блюдо стоило двадцать четыре доллара. Дейдре заказала лобстера, несколько разных закусок и еще один коктейль. Пока они ждали еду, Дейдре прошла к бару. Она приблизилась к одному из джентльменов у стойки и заговорила с ним.

Он выглядел неплохо, был намного старше Дейдре, но заметный и богатый. Лорелей смотрела издалека, как Дейдре общалась с ним. Она улыбнулась, склонилась к нему, говорила с ним с блеском в глазах. Она легонько коснулась его плеча, и он встал, не сводя взгляда с ее лица. Она склонилась к его лицу и зашептала ему на ухо. Он рассмеялся, он скромно опустила взгляд. Она сжала его ладонь и повела от бара к их столику.

— Можешь подать мою сумочку? — спросила Дейдре.

Лорелей передала ей сумочку. Дейдре порылась там и нашла фотоаппарат. Она вручила камеру мужчине рядом с собой.

— Сфотографируешь нас? — он согласился. Лорелей встала рядом с Дейдре, они обвили руками талии друг друга и улыбнулись. — Лорелей, это…

— Малкольм, — перебил он.

— Да, — сказала Дейдре, — Малкольм живет рядом с Чикаго.

— Рада знакомству, — сказала Лорелей.

— Если ты не занят, — сказала Дейдре, — мы хотели бы, чтобы ты присоединился к нам.

— Как я могу отказать?

Официанты принесли еще стул, и Малкольм сел между ними. Он был очень красивым: темные волосы с проседью, голубые глаза и широкие плечи. Дейдре и Малкольм болтали. Она улыбнулась ему, и он покраснел. Ее изящная ладонь лежала на столе, Малкольм накрыл ее своей рукой, на безымянном пальце было золотое кольцо. Принесли ужин, и Лорелей попробовала блюдо, что ей принесли. Малкольм все еще был пленен Дейдре, но смог вежливо включать порой в разговор и Лорелей. Они доели, официант принес счет. Малкольм без колебаний забрал его.

— Спасибо за приятную встречу, — сказал он, вытащив бумажник. — Мне очень понравилось ваше общество.

— Ты такой добрый, — сказала Дейдре, — но ты не обязан платить за нас. Позволь посмотреть счет.

— Нет. Это меньшее, что я могу сделать для двух красивых женщин.

Дейдре склонилась к нему, прижала к его лицу ладонь.

— Спасибо. Это самый милый поступок, что я видела. Ты такой щедрый.

Они встали, и Малкольм обвил рукой талию Дейдре, они покинули ресторан. Снаружи они повернулись друг к другу, ладони Малкольма нежно придерживали Дейдре за бедра, ее руки лежали на его плечах. Лорелей отошла, ей было неуютно от их публичного проявления чувств. Малкольм склонился к Дейдре и поцеловал ее в щеку. Она зашептала ему на ухо. Он отодвинулся, сжал на миг ее ладони, а потом ушел.

Дейдре поймала такси. Они с Лорелей сели в машину.

— Куда? — спросил водитель.

— «Нефритовая комната», — сказала Дейдре. Машина поехала вперед. Лорелей смотрела, как мерцают огни улицы, проносясь мимо машины, пока они двигались по городу. — Надеюсь, ты следила, — сказала Дейдре.

— За чем следила?

— За тем, что я делала с Малкольмом.

— А что ты делала? Соблазняла женатого мужчину? Это было очевидно. И не очень приятно.

— Боже, ты слепая? Это все было для тебя.

— Что было для меня?

Дейдре повернулась к Лорелей.

— Случившееся там — одно из… преимуществ… того, какие мы. Мы можем вызывать у мужчин желание, чтобы нас хотели, умоляли. Они не могут сопротивляться. И Малкольм довольно невинный. Он не хотел изменять жене, и я бы ему не позволила, но он не мог ничего с собой поделать.

— Соблазнение один из наших… даров?

— Хелен говорит, что мы должны использовать силы во благо, но порой нужно делать исключение. И я очень хотела лобстера.

— Как ты это сделала?

— Все просто. Сначала нужно понять, кто будет твоей мишенью. Проще начинать с одиноких. А потом уверенно подойти к нему и поймать взглядом. Удерживать глазами. Пусть думает, что он один в комнате. Нужно улыбнуться, но не сильно, должна оставаться доля загадки. Поговори с ним, чтобы разогреть, спроси его имя, откуда он, всякие мелочи. Потом его нужно коснуться. Погладить лицо, подержать руку, не важно. И он — твой. Тогда ты поешь ему.

— Это ты делала, — когда шептала ему?

— Угу. Просто склоняешься близко и поешь. Что-нибудь романтичное, главное, чтобы он слышал твой голос. Он будет привязан к тебе, пока ты не отпустишь его, и он сделает все, что ты хочешь. Будет ходить за тобой, как собачка.

— Это нечестно.

— О, а что честно? Женщины тысячи лет соблазняли мужчин. Почему не повеселиться безобидно? Никто не пострадает. Это игра.

Юноши и женщины выстроились на тротуаре перед «Нефритовой комнатой», когда они подъехали. Дейдре сжала руку Лорелей и повела ее в начало толпы. Вышибала стоял между ними и дверью.