— Официально — преступник, неофициально — выполнял приказы правительства. К делу подходил ответственно, лоялен своему виду.

— Так... — потянул арван. — А тебе есть что сказать, низший?

— Я знаю своё место, — нейтрально заверил Ри. — Готов вернуться к работе и выполнять приказы.

— Угу, знает, — усмехнулся Фуньянь. — Но всё равно хочет большего.

— Не удивительно, — скупо улыбнулся арван. — Значит, жизнь изменить пытался... — Встав, мужчина подошёл к Ликрию и снисходительно продолжил. — Раз ты не совершал преступлений, я могу дать тебе шанс. Но если ты сейчас поступишь, то должен будешь повысить свой ранг, или тебя уничтожат.

— Повысить ранг? — в голосе друга прозвучало недоверие. — Но низшие не имеют права...

— А арванов не умеют читать. Здесь тебе не Вне, — резко перебил его арван. — Как уже сказал, я позволю тебе попытаться. Также можешь вернуться к прежнему занятию либо попробовать поступить на другую специальность, где ранг не имеет значения.

Ликрий глубоко задумался.

— Ты серьёзно? — вполголоса спросил светловолосый у вернувшегося на кресло арвана.

— Предельно, — кивнул тот. — Хоть он и низший, но не был преступником... по законам моего вида. Поэтому я готов взять его на поруки. Но кредит придётся увеличить: предусмотреть траты на психологическую обработку, дополнительное обучение и контроль. Фуньянь, твоё мнение?

— Моё мнение: твой народ — заразы, — фыркнул красавчик и поправил кружевной манжет. — Учитывая, что после получения звания гражданина он, по тартарским законам, ничего не нарушал, а во Вне выполнял приказы — пожалуй, всё-таки готов подтвердить лояльность и ответственность. Но только при условии серьёзного контроля.

— Аналогично, — согласился светловолосый.

— Только если будет официальный документ: насчёт того, что ты, принц, берешь это существо на поруки, — заявила женщина.

— Принял решение? — поинтересовался арван у Ликрия.

— Да, — твёрдо ответил тот. — Я хотел бы попытаться.

— Тогда будет вам официальный документ, — заверил арван.

— Влияния на Фуньяня не было, объективность комиссии подтверждаю, — сказал чиртериан. — Итак, вносим соответствующие поправки?

Вздохнув, я позволила себе отвлечься. Перенервничала жутко, аж трясёт. Гораздо сильнее, чем за весь предыдущий день. Но главное — результат.

Ликрий освободился буквально через несколько минут и с готовностью ответил на объятья.

— Как ты?

— Всё хорошо, — выдохнул мне в макушку он. — Теперь всё будет хорошо.

Я подняла голову и посмотрела на друга. Ри улыбался. Мечтательно... и такое впечатление, что счастливо. Мы простояли ещё некоторое время, чувствуя, как постепенно отпускает напряжение.

— Вот-с, а ты-с говорил-с, что-с не-с любовь-с, — шёпотом прокомментировал кому-то чёрный и чешуйчатый.

— Идём отсюда? — предложила я. — А то тут байлоги.

— Да хоть сотни байлогов, — на удивление благодушно отмахнулся друг. — И не такое стерпеть готов.

Но нарываться мы всё же не стали, быстро покинув аудиторию. Чуть успокоившись, я поняла, что нам о многом стоило бы побеседовать: большая часть подслушанного разговора осталась загадкой, а вроде бы понятное тоже вызвало вопросы.

— Ликрий, а почему ты не сказал, что уже в Шесефесе на тебя брали лицензию?

Ри беспечно пожал плечами.

— Тебе это не угрожало.

— Всё равно мог бы сообщить. Ты ведь знал, — укоризненно заметила я.

— Естественно, знал, — улыбнулся он. — Вот насчёт того, кто взял — ещё не знаю, хотя подозрения есть.

Я покосилась на друга и на мгновение мне показалось, что улыбка стала какой-то нехорошей. Опасной.

— А что комиссия...

— Какая же ты любопытная, — прервал Ри и потрепал меня по неравномерному ёжику волос. — Не хочу об этом говорить. Да и уже неважно.

Мужчина опять улыбнулся, но теперь приятно: выражение лица смягчилось и снова стало мечтательным.

— Всё равно ведь узнаю... по крайней мере, постараюсь, — попыталась настоять на ответе.

— Узнавай, — разрешил друг. — Но позже. А сейчас давай лучше насущными делами займёмся. Ты уже просмотрела извещения?

— Не все, — виновато призналась я и, усевшись у стены, продолжила разгребать почту. А Ликрий сбежал, сказав, что снова проголодался.

Некоторые письма требовали ответа. Так, например, в сообщении из общежития предлагали заполнить краткую анкету: указать, надземную или подземную комнату предпочитаю, внести номера паспортов желаемых соседей (если таковые есть) и так далее. При этом упоминалось, что при распределении ориентироваться на ответы станут отнюдь не в первую очередь, так что реальность может сильно отличаться от мечты. Ну и не страшно — жильё в подвале или в незнакомой компании куда лучше, чем когда дома нет вообще.