— Тебе не показалось.

Аурин остановилась и повернулась к ней.

— Когда-то ты говорила, что краути похожи на волков.

— Краути?

— Забыла? Впрочем, откуда тебе знать, на кого они похожи, ты ведь их никогда не видела. Хочешь, я покажу тебе краути?

— Нет, — отшатнулась Фодэ.

— Боишься?

— Нет, что ты. Я… ну ладно, покажи.

Аурин фыркнула и махнула рукой.

— Ладно, пошли. Мне не хочется, чтобы ты снова рухнула в обморок. Понимаю, что это зрелище не из приятных.

— У тебя глаза горят, — осторожно проговорила Фодэ.

— А, глаза, — хмыкнула та, — это потому, что ночь. Я прекрасно вижу в полной тьме, но мои глаза при этом горят как два фонаря. Приходится мириться. Пришли. Это твой дом.

Она вытянула вперед руку и указала на один из домов. На первый взгляд они были совершенно одинаковы. Фодэ кивнула.

— Да, это мой дом. Как ты догадалась?

— Я не догадалась. Он пахнет так же, как и ты.

И заметив ставшие большими глаза девушки, подтвердила:

— Да. Еще нюх. И слух. И многое другое.

— Но почему? Раньше ты не была такой.

— Не знаю. Может быть, это после укуса трескучки со мной приключилось. Может, после моего долгого сна.

— Это был не сон. Тебя отравили.

— Что? — Аурин повернулась к Фодэ, — отравили?

— Да. Рэкти.

— Рэкти, — повторила Аурин, — понятно. Я ожидала чего-нибудь в этом духе. Боги, как давно это было!

— Две недели назад, — напомнила ей девушка.

— Две недели? А кажется, будто два года. Ну ладно, ступай. И не гуляй больше столь поздно.

Она уже развернулась, чтобы уйти, но тут Фодэ произнесла:

— Погоди.

— Что?

— Может быть, зайдешь? Ты сама сказала, что тебе негде остановиться. Я живу одна.

Аурин внимательно посмотрела на нее, потом на дом, потом пожала плечами. В чем-то Фодэ была права, ей в самом деле некуда было идти. Другое дело, что она и не стремилась нигде останавливаться. Но все же Аурин сказала:

— Ну ладно.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Фодэ, — пойдем.

И она открыла скрипучую дверь.

Дом Фодэ изнутри чем-то неуловимо напоминал жилище в рыбацкой деревеньке. Столь же темное, тесное и какое-то неказистое на вид.

Фодэ провела Аурин внутрь, извиняющее улыбнулась и проговорила:

— Не бог весть что, конечно. Сейчас принесу лампу.

Аурин пожала плечами и закрыла дверь. Темнота для нее давно не играла никакой роли. Она прошла за хозяйкой, причем, была ловчее ее минимум раз в десять, ни на что не наткнулась и не ругалась при этом, как Фодэ, шепотом, сквозь зубы и потирая коленку.

— Совсем забыла, что здесь стоит эта лавка, — сказала она, приостанавливаясь, — где же та проклятая лампа?

— Вот она, — Аурин уже держала ее в руках.

Трепетнул огонек и помещение осветилось неровным, колеблющимся светом.

— Как это ты так…, - начала Фодэ и осеклась, — а, да. Я забыла.

— Здесь мило, — отметила гостья, пряча усмешку, — напоминает мне рыбацкую деревню, если ты понимаешь, что я хочу сказать.

— Да, — согласилась та, — ну что ж, располагайся. А я пойду оденусь и… помоюсь.

— Конечно, — кивнула Аурин и опустилась на циновку, — я подожду здесь. Можешь взять лампу. Она мне не нужна.

Фодэ напоследок улыбнулась и прихватив лампу, удалилась. Аурин осмотрелась по сторонам, отметив, что в комнате довольно уютно и совсем не убого, как это можно было подумать, судя по внешнему виду дома. Возле циновки, свернутая кольцами, лежала веревка с узелками на концах. Аурин потрогала ее, раздумывая, для чего она нужна. Потом рассмотрела кучу колец, шариков и продолговатых деревянных брусков. Воображение молчало, но разум подсказал, что это должно быть вещи из прошлой жизни Фодэ, когда она ходила по канату и жонглировала зажженными факелами.

Фодэ вернулась нескоро, но время потратила с толком. Она вымылась и переоделась в свободное платье, волосы же свернула жгутом на затылке. В руках она держала аккуратно свернутый плащ.

— Возьми и спасибо тебе, — сказала она, с поклоном подавая Аурин ее вещь.

— Что это? — спросила та недоуменно.

— Ты забыла? Это же твой плащ, — приподняла брови девушка.

— Я спрашиваю, чего это ты кланяешься?

— Как же, — Фодэ смутилась, — я ведь не чета тебе, я помню. Ты занимаешь…