Стоило сделать пару шагов по направлению к дворцу, как кусты слева от дорожки зашевелились, и из них выбрался сфинкс. Немного растерявшись от такого явления, он попятился назад и опустил руку на эфес… то есть попытался опустить: оружия на месте не оказалось. На острове Марины в нем попросту не было необходимости.

Впрочем, страха он не испытывал, все таки находился на своей территории, маг не из последних, да и стража тоже где-то неподалеку бродит.

– Ты – Юрхек? – поинтересовался сфинкс.

– А что, не похож? – отозвался тот, с любопытством разглядывая зверя.

Нет, он, конечно, видел сфинксов, но этот выглядел уж очень забавно. Во-первых, мелковат, хотя явно не котенок. Во-вторых, расцветка: белую курчавую шерсть густо усыпали разнокалиберные черные пятна, даже оперение на полураскрытых крыльях не миновала эта напасть. И на морде красовалось довольно крупное пятно, занимавшее площадь от уха до носа.

– Похож, - после недолгих раздумий выдал сфинкс. – Хотя я думал, ты посолиднее будешь.

– Какой есть, - развел руками Юрхек.

– И ты действительно остановил Тень? – в голосе зверя звучало недоверие.

– Какие-то проблемы?

– Ха! – сфинкс вытянул шею и приблизил морду к лицу человека.

Юрхек отступил на пару шагов и уперся спиной в каменную полусферу, расположенную у самой дорожки.

– Трепещешь ли ты, смертный? – спросил сфинкс с надеждой.

– Зачем?- на всякий случай уточнил тот.

– Как зачем?
– от удивления сфинкс уселся на задние лапы – Ты идешь домой, один, без оружия. А тут из кустов выскакивает порождение твоих самых страшных кошмаров!

– Так уж и кошмаров? – удивление сменилось начинающимся весельем. Ну-ну, поглядим, что ты еще расскажешь, чудо с крыльями.

– Я здесь, чтобы убить тебя, - сообщил он.

Юрхек хмыкнул, присел на камень, спросил:

– Тебе оно зачем?

– За твою голову обещали хорошо заплатить, - поведал он. – Да и мне будет приятно сожрать того, кто остановил Хаос.

Король вздохнул, глядя на горделиво шевелящего крыльями сфинкса. Балбес балбесом. Но ведь кто-то же его нанял!

– Хорошо, убивай, – пальцы гадили шероховатую поверхность камня, и тот оживал, теплел, делился энергией. Собственно, маг сидел на древнем, как сама Паутина, аккумуляторе магической энергии, готовый разрядить его в любую секунду. Удара молнии – простейшего из возможных действий – хватило бы, чтоб оставить от зверя лишь обугленные кости. Но он пока не торопился. Может, незадачливый убийца проговорится, и назовет имя заказчика.

На морде сфинкса появилось обиженное выражение.

– Это не по правилам, - сказал он. – Ты даже о пощаде не просишь!

– А надо?

– Так все порядочные жертвы делают!

– И ты всех отпускаешь?

– Нет, тогда я им загадываю загадки. И вот если отгадают, только никто никогда не отгадывает, - погрустнел сфинкс.

– Может, ты просто жульничаешь? – предположил Юрхек.

– Кто жульничает? Я жульничаю?!
– разобиделся зверь. – Вот слушай: что у меня под левой задней лапой?

– А мне почем знать? – возмутился человек, - и вообще, не собираюсь я с тобой ни во что играть!

– Поздно, загадка загадана! Жду ответа.

И тут же заплясал на месте, тряся той самой лапой. Закончив отплясывать, сфинкс уставился в землю и, гребанув когтями, завопил:

– Я тебе покусаюсь, тварь мелкая!

Снизу раздался возмущенный писк. Как Похоже, бедолагу только что послали далеко и надежно. На мышином языке.

– Ты чего хохочешь? – спросил сфинкс, опасливо косясь на мышиную нору.

– Что, нельзя? А ты - жулик пернатый. Это не загадка.

– Как это – не загадка?

– Загадка предполагает единственно правильный ответ, а тут вариантов… Это все равно, что я спрошу у тебя, скажем… что в шляпе у мистификатора? Ты не сможешь ответить, потому что не знаешь, что он вытащит из нее в следующий момент. Так и здесь: может, трава, может, земля. Камень, жук какой-нибудь… И вообще, если ты сейчас передвинешь лапу, там будет что-нибудь другое. Так что я в твои игры не играю. Лучше скажи, кто тебя послал?

– А ты отгадай! – тут же сориентировался он.

– Еще чего! У меня знаешь, сколько врагов!

– Значит, признаешь поражение! – обрадовался сфинкс, приподнимаясь на задних лапах. Крылья раскрылись, блеснули в оскале острые клыки…

– Окаменей! – выкрикнул Юрхек, выпуская в зверя разряд из камня.

Взвизгнуло, полыхнула молния… В следующий момент у дорожки выросла мраморная статуя «Сфинкс в прыжке». Хорош! Если б не обиженное выражение морды.

– Сам виноват, - сказал Юрхек. – Нечего к магам цепляться.