— Он не хотел, но ему пришлось. Я с важными и срочными известиями.

— Разве Сарэнди не мог их передать?

— Не все… Одна весть для тебя и Виэльди, а другая… другая только для Виэльди. Поэтому я должна дождаться его здесь.

— И не надейся! Как раз сегодня я думал возвращаться в Талмериду. Тебя заберу с собой.

— Но я…

— Даже не вздумай ссылаться на усталость. Столько дней в море перетерпела, потерпишь и еще парочку дней в пути.

— Нет! — она вскочила с кресла. Поднос с кувшином и блюдом с грохотом опрокинулись на пол. — Я дождусь его! Ты не можешь увезти меня против воли! Я буду сопротивляться. Ты не потащишь императрицу силой на глазах у всех!

Андио Каммейра схватил ее за плечи и встряхнул.

— Ты сказала, что вести срочные.

— Срочные.

— И что, станешь ждать Виэльди еще дней этак пять? Разве не слышала: он в Талмериде, он только вчера туда уехал. И я возвращаюсь в Талмериду. Вот и подумай, если есть чем: как быстрее доставить ему послание?

Любимый все еще в Талмериде? Ну да, вероятно… Пока похоронные обряды, пока он еще выдвинется в обратный путь… Если отец, конечно, не лжет. А он может.

— А ты не врешь?

— Нет, дурочка. Иначе я бы сегодня не уезжал, не оставил бы тебя с ним при княгине. А то не ровен час… В Талмериде же, так и быть, пообщаетесь под моим присмотром. Теперь расскажи, что за страшную весть ты привезла для меня?

— Ох, отец! — Данеска всплеснула руками. — Ты не поверишь! Хашарут — бастард бывшего императора, и он…

— Пф-ф! Это я знаю. Виэльди при мне писал послание. Наместник — бастард, и он давно готовился выкрасть младшего принца.

— И выкрал! Вы опоздали со своим посланием! Он выкрал и…

Тяжелый удар кулаком в стену ее прервал. Андио Каммейра выкрикнул:

— Проклятье! Это очень плохо! — В последний раз она видела отца таким разгневанным, когда он застал ее и Виэльди в конюшне. — Гаденыш! Ублюдок! Так бы и выпустил ему кишки!

— Э-эй, отец… — несмело позвала Данеска. — Мы не знаем, где Хинзар. Его могли спрятать в Шахензи, а могли привезти сюда. Нужно выяснить, какие корабли приставали к этим берегам, откуда прибыли, кто на них был.

— Выясним, — пообещал каудихо. — Сейчас же отдам нужные поручения и княгиню предупрежу. А твое послание брату… Мне точно нельзя его узнать?

— Ну… ты сочтешь меня безумной.

— Все-таки попробуй.

Богиня не говорила, что послание никому нельзя открывать, а поделиться им уж очень хотелось. Тем более отец лучше знаком с древними преданиями и всем таким: может, скажет чего-нибудь умное и полезное.

— Ну… — она пожала плечами. — Во сне ко мне явилась красивая богиня с серебряными волосами, велела передать Виэльди, что он должен разбудить Спящего ворона… А потом к Ашезиру несколько раз подряд приходила нечисть в образе девчонки-нищенки и говорила то же самое… Видишь, звучит как бред…

На лице каудихо появилось странное выражение: озадаченное, удивленное, растерянное и немного веселое.

— Ты не веришь, — вздохнула Данеска. — Вот я так и знала!

— Я… — он почесал затылок и протянул: — Я просто не знаю, что думать… Эта твоя богиня… Она и мне снилась. Красивая, серебряные волосы, глаза… Все так. И тоже что-то там говорила о Виэльди…

Данеска подскочила к нему, вцепилась в плечо.

— Что она тебе сказала?!

— Да я толком не помню, не особенно прислушивался. Думал, это обычный сон.

— Ладно… А что ты ей ответил, помнишь?

— Ничего не ответил.

— Но хоть что-то ты сказал? Не молчал же?

— Не молчал… Как бы мне мое не-молчание боком не вышло, если это и правда был не просто сон. — Он скривил губы в смущенной улыбке. — Эта среброволосая была такой красавицей, что я предложил ей раздвинуть ноги.

— Отец! — Данеска округлила глаза, не зная, то ли смеяться, то ли негодовать.

— Что? — каудихо развел руками. — Я думал, это всего лишь сон!

Вечером Андио Каммейра и Данеска в сопровождении пяти всадников покинули Адальгар. Она забыла об усталости, так хотелось поскорее добраться до Талмериды и увидеть любимого. Вот только она не подозревала, что отец все-таки обманул: Виэльди уже подъезжал к княжеству, но каудихо выбрал такую дорогу, чтобы их пути не пересеклись.

Ишка бродила вдоль побережья под проливным дождем и пинала голыши. Когда те отлетали далеко, она взвизгивала от радости и хлопала в ладоши. Скоро забава ей надоела, и она, забежав в море, принялась играть со штормовыми волнами: суть была в том, чтобы не дать им ударить по лицу.

На самом же деле, она просто коротала время.

Скоро, очень скоро побратим смерти разбудит Ворона. Одна влюбленная дурочка уже добралась до этих берегов с посланиями от себя и рыжего императора. Другая влюбленная дурочка тоже проговорится, не сможет иначе. Люди вообще неспособны долго держать язык за зубами, когда дело касается их жизней и благополучия. Скорее, Непознаваемые станут познаваемыми и обретут плоть, чем люди изменят своей натуре.