— Принцесса Майрам! — снова поклонился мне старик.

— Я хочу узнать, беременна ли я! — не стала ходить кругами и высказала то, что более всего заставляло сжиматься в ожидании сердце.

— Госпожа, — просительно проговорил Кыям и приблизился.

— Руку? — уточнила и лекарь кивнул.

Он проделал все те же манипуляции, что и до него сделала моя рабыня. Долго вслушивался в биение сердца, а затем осторожно опустил мою кисть и сложил руки на груди. Снова поклонился и произнес:

— Я ничего не слышу, моя повелительница!

Не сдержав разочарованного вздоха, я печально улыбнулась, подумав о том, что мне стоило поверить словам Наимы. И с чего это я только решила, что она станет обманывать меня?

— Но госпожа, — продолжил лекарь, — весьма вероятно, что вы беременны, но срок слишком маленький, чтобы я мог его определить. Я зайду к вам через неделю, если на то будет ваше милостивое позволение!

Эти слова старика меня обнадежили.

— Сегодня утром мне было дурно! — призналась я. — Мне говорили, что тошнота первый признак беременности!

Кыям закивал.

— Так и есть, моя госпожа! — подтвердил он. — Но тошнота может быть и от несвежих продуктов, вы могли перегреться и попросту устать. Причин много!

— Я поняла! — ответила я. — Тогда буду ждать вас через несколько дней. Я пришлю свою рабыню!

— Да, принцесса Майрам! — старик снова склонился передо мной и стал пятится к выходу, понимая, что наша встреча подошла к концу. Но мои слова заставили его остановится.

— Я очень прошу вас, мухтарам Кыяр, ничего пока не говорите моему мужу и конечно же, повелителю Вазиру!

Брови старика чуть приподнялись.

— Я не хочу их обнадеживать раньше времени! — призналась тихо.

Кыям улыбнулся.

— Как прикажете, повелительница Майрам! — и снова склонившись, вышел из комнаты. Я же, закусив губу, устало посмотрела ему во след. Спустя некоторое время стайка рабынь влетела в покои. Меня окружили и принялись наперебой предлагать позавтракать, переодеться, выйти прогуляться в сад… Но настроения не было. Моя надежда помахала мне крылом и улетела прочь, но успела пустить свои корни в сердце. Я неожиданно для себя поняла, как сильно хотела бы иметь ребенка от своего мужа. Такого же красивого сильного мальчика, так похожего на Шаккара, или дочку, красавицу, с длинными темными волосами и черным взглядом.

Ненароком поймала взгляд Наимы, которая стояла отдельно ото всех, в углу комнаты и смотрела на меня странным взглядом, словно что-то знала, но не спешила делиться этим знанием со своей госпожой. а может, мне это снова кажется? Я стала слишком подозрительна в последнее время. Сама себя не узнаю.

— Принесите мне завтрак в сад! — велела я, вставая с подушек. Свежий воздух — вот что мне было нужно после этого неприятного утра. Свежий воздух и умиротворение. а ещё встреча с Шаккаром, который расскажет мне о том, что в действительности произошло в приемном зале его отца.

— Ты не можешь так поступить со мной! — аббас был недоволен и не собирался скрывать это от молочного брата, который сейчас стоял напротив своего махариба и, сложив руки на мощной груди, выслушивал возмущенные слова последнего.

— Я воин, а не нянька! — аббас пытался сдержать гнев.

— Одно дело — быть учителем в мирное время, но не теперь, когда моему народу угрожает такая опасность. Я сам себя не буду уважать, если останусь здесь, словно женщина!

Шаккар сдвинул брови на переносице. Прищурил темный взгляд.

— Повелительница Майрам — самое дорогое, что есть у меня, — сказал спокойно. — Ты должен понимать, что я доверяю тебе ее жизнь, потому что доверяю как самому себе. Я не могу взять жену с собой. Она не Сарнай, она не вынесет подобного, и я просто не могу подвергать ее опасности. Если Майрам будет рядом, я буду думать только о ее безопасности, а мне, как вождю, как предводителю, необходимо, чтобы мои руки были развязаны. Чтобы я думал только о том, как выиграть предстоящую войну.

— Попроси кого-то другого! — не согласился аббас.

— Но я никому другому не доверяю так, как доверяю тебе, — ответил принц, — и отец… — он замялся, — Повелитель Вазир останется здесь. Если со мной что-то случится, ему будет нужен умный и сильный человек, который выведет наш народ из этого города. Здесь мы будем словно в ловушке.

— Я против! — отрезал молочный брат.

— Но я прошу тебя! — с чувством произнес Шаккар, почти выкрикнул слова, уронив руки вдоль тела.

Аббас отвел глаза.

— Нет! — ответил он и поклонившись брату, направился прочь из сада, всем своим видом показывая наследнику Вазира, что их разговор окончен.