— Что ты узнал? — спросил Френтис, жестом предложив ему сесть.

Тридцать Четвёртый уселся между ним и Давокой, вроде бы совершенно не заметив, что её передёрнуло от его близости.

— Они знают о вас и о вашем отряде. Вольные мечники уже прозвали вас Алым Братом. Они собираются вытеснить вас из этого леса. Генерал назначил за вашу голову десять тысяч четвертаков.

— Вполне ожидаемо. Что ещё?

— Они рассчитывали, что взятие города и разгром королевской армии будут легче. И сейчас ожидают прибытия подкрепления из Воларии. Костяк армии выдвинулся на юг. Владыка южной провинции отказался сдаться, и они осадили его город.

— Что творится на свете, а? Дарнел продался с потрохами, а вот Мустор остался непоколебим, — прокомментировал Греалин, когда Френтис перевёл слова раба. — Эта война все перевернула с ног на голову.

Френтис перехватил тревожный взгляд Давоки.

— О королеве никаких новостей? — спросил он Тридцать Четвёртого.

— Он уверен, что вся королевская семья погибла. Приказа разыскивать королеву им не поступало.

— Это всё?

— Ещё он скучает по жене, этой зимой родился их первенец.

— Вот сейчас расплачусь. — Френтис повернулся к Джанрилу. — Он закончил допрос.

Менестрель усмехнулся и скрылся во мраке. Френтис потрепал Кусая по мохнатому мускулистому загривку. «Знаешь, кутёнок, нас с тобой превратили в чудовищ, — думал он. — Но во что же я сам превращаю этих людей?»

Трупы покрывали дамбу, словно толстый чёрный ковёр. Неподвижные тела напоминали Риве мёртвых воробьёв, на которых ежегодно охотились жители деревни неподалёку от её сарая. Среди трупов валялись лестницы, ни одну из которых нападавшие не смогли подтащить к стенам ближе, чем на двадцать ярдов. На следующий день после прибытия авангарда воларской армии Рива насчитала четыре сотни павших под стрелами лучников лорда Антеша. После первой неудачи воларцы не отваживались на новый штурм, довольствуясь тем, что наращивали насыпь и патрулировали окрестности.

— Они чего-то ждут, — сказал ей дядя, сидя у камина в библиотеке. Его ноги были укутаны тёплым пледом, рядом на столике стоял синий пузырёк с настойкой красноцвета. — А куда им, собственно, торопиться? Мы же здесь как птички в силке.

Как и предупреждал брат Гарин, владыке становилось хуже с каждым днём. Его щеки запали, лицо осунулось, каждая косточка и жилка на руках проступала под истончившейся сероватой кожей. «Зато глаза по-прежнему яркие», — подумала Рива.

Она держала данное ему слово и оставалась рядом с ним, подавляя горячее желание сбежать из дворца на крепостную стену, особенно когда на второй день осады горны пропели тревогу. Ходила из угла в угол, словно дикая кошка в клетке, пока не узнала, что атака была легко отбита. Однако сегодня дядюшка малость смягчился и отпустил ненадолго свою племянницу: подтянулись основные силы воларцев, а увидеть все собственными глазами ему недоставало сил.

Взбежав на стену над привратницкой, она поприветствовала Антеша и Арентеса, те в ответ поклонились ей и госпоже Велисс, сопровождавшей её.

— Подсчитали, каково соотношение? — спросила их Велисс.

— Лучше не делать этого, госпожа, — возразил Антеш. — Подобные числа могут привести людей в ужас, пойдут ненужные разговоры, то да се...

Рива подошла к бойнице взглянуть на воларское войско. Палатки покрывали холмы, теряясь в утренней дымке, зрелище напоминало скорее город, нежели лагерь. На равнине маршировало около двух тысяч пехотинцев, ещё большее количество нескончаемым потоком спускалось с холма на запад. Однако главное внимание Ривы привлекли не солдаты, а высокие деревянные рамы, сооружаемые за растущей насыпью.

— Уж не стенобитные ли это орудия? — спросила она.

— Никаких орудий пока не видно, — ответил лорд Арентес. — А это, к вашему сведению, туры, осадные башни. Они их подкатят к стенам на огромных колёсах.

— Я отдал приказ заготовить зажигательные стрелы, — прибавил Антеш. — Ну и приличное количество горшков с маслом.

— Как же их много, этих башен, — пробормотал Аркен. Подражая Антешу, парнишка оделся в кожаный жилет и повсюду таскал за спиной длинный лук и колчан стрел.

— Значит, сударь мой, нам с вами будет во что целиться, — подмигнул ему Антеш.

Несмотря на напускную беспечность, тон лучника был напряжённым. «Он же не дурак», — подумал Рива, подозревая, что в действительности командир лучников тщательно подсчитал количество врагов.

— Когда можно ждать следующей атаки? — спросила она.

— Как только будут готовы башни, госпожа, — ответил Антеш. — Вряд ли воларцы захотят затягивать осаду, им ещё предстоит завоёвывать почти все Королевство. Так что не станут они держать здесь такое большое войско дольше, чем это необходимо. Рива вновь посмотрела на рамы, и ей показалось, что за то короткое время, пока она стояла на стене, башни ещё подросли. Сняла плащ, под которым была надета лёгкая кольчуга, найденная в полупустой теперь дворцовой оружейной. Повесила перевязь на грудь так, чтобы носить меч за спиной: его рукоять выступала из-под правого плеча, и это позволяло легко выхватить оружие, как научил её Аль-Сорна. Протянула руку Аркену. Тот передал ей лук из горного ильма и колчан стрел с железными наконечниками.

— Рива... — начала было Велисс, но девушка резко оборвала её:

— Возвращайтесь к моему дяде. Моё же место здесь.

— Ты же ему обещала. — Велисс ещё раз покосилась на воларский лагерь и перевела взгляд на Риву.

— Он поймёт.

Увидев, как Велисс зябко обхватила себя руками, Рива чуть не расплакалась. Подойдя ближе, она крепко сжала руку советницы.

— Позаботьтесь о нём. Я вернусь, как только мы отобьём атаку.

— Очередное твёрдое обещанье? — Велисс тяжело вздохнула. Когда женщина подняла лицо, Рива заметила слёзы у неё на щеках.