Заряжать его снова было некогда - счет уже пошел на секунды. По болоту прямо на меня бежали два орнолита, быстро приближаясь. Я схватил автомат и, пытаясь унять резко забившееся сердце и сохранить хладнокровие, повел огонь одиночными выстрелами. Мимо...снова мимо...епст, попал. Тяжелые пули бьют посильнее дроби, это заметно - паучка аж с лап сбивает, хитин летит во все стороны. Рядом хлопнул дробовик Хей, потом еще раз и первый орнолит упал на спинку, задергав оставшимися лапками. Второй перескочил через него и устремился ко мне, целеустремленный как торпеда, заставив занервничать. Указательный палец словно сам собой сдвинул селектор огня и паук получил длинную, от души, очередь в упор, сбившую его с ног и отбросившую тушку в воду. Правда, сразу после этого калашников сухо щелкнул, и я стал спешно менять пустой магазин на новый, никак не попадая трясущимися руками рожком в паз до характерного щечка.

– Сашка, сбоку обходят!
– заорала Хей.
– Японка сделала еще четыре выстрела по невидимой мне цели, пока я, наконец, справился с перезарядкой. Огляделся по сторонам и увидел вползающую в лес еще одну змеюку метрах в пятидесяти от меня. Очередь ей вслед видимых результатов не принесла - если и попал, то не смертельно.

– Бегом, к дереву!
– принял я решение, увидев, как от логова к нам трюхает еще один орнолит, выглядевший покрупнее своих собратьев.
– Если обойдут сзади - хана!

И мы помчались, как два улепетывающих от гончих кролика...

Как я ухитрился проскочить эти тридцать метров, ни разу не споткнувшись о корни и не влетев башкой в какой-нибудь ствол - не знаю. По всему судя, должен был - летел я сломя голову, ничего не видя перед собой, лишь кровь стучала в висках. Но как-то ухитрился добежать. Хей меня опередила ненамного, но лезть вверх не стала, замерев у ствола дуба с дробовиком.

– Ты первый!
– закричала японка.
– Быстро! Я легкая, успею за тобой.

Ни спорить, ни препираться времени не было. Я схватился за связанные в узлах паракорда деревяшки импровизированной лестницы, и на одних руках, почти без участия ног, взлетел вверх - никогда бы раньше не подумал, что так умею. Как раз вовремя, потому что внизу появилась здоровенная черная "анаконда" с серым узором на спине - серпея нас все же догнала. Надо отдать Хей должное - японка не растерялась. Последние два выстрела из магазина она сделала в упор и, бросив дробовик болтаться на ремне, вцепилась в лестницу, пользуясь секундным замешательством побитой картечью змеи. Сверху за паракорд схватился я, вытягивая девушку наверх. Еще пара секунд и она уже сидит со мной, крепко вцепившись в сучья сведенными судорогой пальцами.

Серпея по всей видимости попыталась достать нас ядом, плюнув наверх какой-то жидкостью, но немного промахнулась, попав в ствол дуба. Немудрено - один глаз у нее к тому моменту отсутствовал. А дальше открыл огонь я, не дожидаясь, соизволит ли гадина лезть к нам наверх или нет. Десятка два патронов у меня в рожке еще имелось, а попасть в толстое чешуйчатое тело было несложно. Хотя к быстрым результатам это не приводило - тварь отличалась отменной живучестью, реагируя на попадания громким шипением, а в голову змее загнать пулю мне удалось лишь последним или предпоследним выстрелом, полностью опустошив второй рожок. К этому времени Хей уже пришла в себя и начала перезаряжать дробовик. Серпея же явно билась в агонии - по распластанному у ствола дерева длинному чешуйчатому телу пробегали волны дрожи, и оно слабо подергивалось.

– Отбились к...кажется?
– дрожащим голосом спросил я, начав заряжать пустой магазин патронами из карманов.

– Не... не знаю, - Хей тоже была не в лучшей форме. В расширенных зрачках плещется страх, но дело свое японка делает - еще один щелчок и снаряженный дробовик готов к работе.

– Там...я, короче, еще одного орнолита видел. Большого такого. Случайно не заметила, куда он побежал?

– Не... Саш, давай пока еще тут посидим. Мало ли... Страшно мне.

– Так кто же спорит. Сам в аху...тоже слезать пока опасаюсь... Ой, мля, вот и он!

Орнолит, словно услышав, что о нем идет речь, оказался так как тут, он попросту вылез из-за ближайшей елки. Покрупнее своих собратьев, наверное, ростом мне по грудь. На головогруди твари виден странный рисунок - нечто вроде схематического треугольника с вписанным в него ромбом и точкой внутри. Подойдя к дубу, он повел себя странно - сначала воздел вверх свои устрашающие клешни и громко пронзительно заскрежетал, словно проклиная нас на неведомом языке. А затем, уцепившись когтистыми лапами за ствол, попытался лезть вверх, щелкая скорпионьими клешнями.

Это зрелище оказалось для наших истрепанных нервов чересчур. Хей завизжала от ужаса на одной ноте, направила вниз ствол дробовика и начала стрелять в орнолита патронами с крупной картечью, высаживая разом весь магазин и наполнив грохотом окрестный лес. Я тоже вставил наполовину снаряженный рожок в автомат и незамедлительно открыл огонь. Причем столь поспешно, что от отдачи съехавшим с плеча и врезавшим мне по челюсти прикладом чуть не свалился с толстых веток, прямо в алчущие нашей крови клешни. Но все как-то обошлось. Для нас, конечно, не для орнолита. Такого переизбытка свинца в организме не выдержала даже "королевская" особь. Панцирь паука-переростка разлетелся в клочья, одна клешня отлетела прочь, лапы подкосились и он упал изломанной куклой рядом с мертвой серпеей, весь в зеленой слизи. Впрочем, это не помешало мне спустя несколько минут снарядить оба магазина снова и сделать еще несколько контрольных выстрелов в неподвижные тела монстров...