– Пей вино, милая.

– Нет. Эту кислятину только ты пьешь. А виски мне нельзя. Сам понимаешь.

– Понимаю. Пойдешь знакомиться с участниками дела более тесно?

– Не сомневайся. Утром они охуеют, когда увидят себя в зеркале. Поэтому, только пиво.

– Ладно. Вернемся к нашим баранам, которые не так просты, как кажутся. В Хуане я уверен. Он действительно медвежатник и один из самых лучших. Доводилось с ним работать в молодости.

– Где именно? – спросила Лара.

– Мое четвертое дело. Надо было выкрасть ценные документы у одного наркобарыги в Бронксе. Эти бумаги он хранил в защищенном сейфе, и мне понадобилась помощь Хуана.

– Справился, я так понимаю?

– Более чем. Сейф был открыт в рекордно короткий срок, милая. Тридцать секунд. Другие взломщики вскрывают его не раньше чем через один час.

– Солидно.

– А я о чем. Ни малейшего шума. Ювелирная работа. В нем я уверен.

– А что насчет остальных обсосов? Я заметила, как ты напрягся после ответов того дерзкого негритоса.

– Вот он-то не так прост, как кажется. Его расспросы можно принять за стресс и обычные нервы, но вот ответы были не такими, как я ожидал.

– Поясни.

– Когда я спросил его про увеличение мощности двигателя, то услышал ответ о системе закиси азота сухого типа. Любой гонщик тебе скажет обратное. Идеальным и самым лучшим вариантом является прямой впрыск.

– Может он просто забыл.

– Нет. Он рассказал мне основные особенности машины, которую я упомянул в качестве примера. Знания у него есть. Но они зачаточные. Если он действительно толковый угонщик или гонщик, кому как удобнее, он обязан был знать о системе прямого впрыска. Даже дети это знают благодаря фильмам и видеоиграм.

– И что теперь с ним делать? Валить пидараса?

– Лара.

– Чего?

– Перестань так сквернословить.

– Тебя, блядь, забыла спросить. Между прочим, от этого дела зависят наши жизни. Поэтому я всех буду именовать пидарасами, нравится тебе это или нет.

– Строптивая женщина, - устало вздохнул Маркус. – Короче. Наш друг Единорог пока выбивается в лидеры.

– А что с остальными?

– Русский отметается. Он говорил уверенно, не сбивался и демонстрировал абсолютное знание предмета. Плюс у него есть своеобразная отметина возле глаза.

– Отметина?

– Да. Понимаешь ли, большинство вояк на первых стрельбах прижимают оптический прицел к глазу. Выстрел и вояка становится похож на панду, получая себе синяк или, если конкретно не повезет, небольшое рассечение. Шрам остается навсегда. Вывод: русский действительно служил и скорее всего, является знатоком своего дела. Я, конечно, еще проверю каждого, но интуиции своей доверяю.

– Ага. Твоя интуиция съебалась, как самая настоящая блядь, когда ты надумал грабануть Кровавого Ала.

– Не без этого, милая.

– А китаец? С ним как?

– Тоже неоднозначный персонаж. Да и вопрос я ему задал довольно простой для знающего специалиста. Он мог и базу проштудировать, чтобы быть готовым к любой словесной перепалке. Все мы – незнакомцы и верить кому-то, верх глупости.

– Какой тогда, блядь, смысл? Алонсо следит за нами?

– Вполне возможно, Лара, - хмыкнул Маркус, закуривая сигарету. – Либо ему нужны наблюдатели, чтобы дело прошло, как по маслу.

– Либо?

– Либо у них другая цель, о которой мы пока не догадываемся. Кстати.

– Что?

– Хуан – это не настоящее имя испанца, как и у большинства, я думаю.

– Серьезно? – удивилась Лара, поперхнувшись пивом. – И ты, блядь, молчал?

– Думал, что ты догадалась.

– Думал он, умник хуев. Получается, что имена остальных долбоебов тоже липовые?

– Ага, - кивнул Маркус.
– Причем имена стереотипные. Как ты думаешь, сколько в России Олегов Тимофеевых? Или в Китае – Мин Чо? Наоборот, правильно сделали, что скрыли свои настоящие имена. Это удобно.

– Погоди. Так наши имена они знают.

– Ага.

– Хули «ага», Маркус?!

– Не кричи. У меня от твоих криков начинает глаз дергаться и под ложечкой сосет.

– Я сейчас пылесос найду и высосу нахуй весь мозг из твоей головы. Угадай, как я это сделаю?

– Что-то подсказывает мне, что через член. Я прав?

– Прав, ёб твою мать! Высосу мозг через хуй. Когда ты мне станешь все рассказывать? Мы напарники или хуи собачьи?

– Слишком много мата, Лара, - примирительно ответил Маркус, с усмешкой наблюдая за подругой. – Мать свою я не знал и поэтому обижаться не буду. Высосать мозг через член тоже плохая идея. Это физически невозможно.