Немного постоял на месте, думая, что ему делать дальше — мысли-то были, конечно, но трогать эту воняющую, гниющую массу, по которой ползали и копошились омерзительные слизняки и черви, желания не было никакого. Под руками тоже ничего не было, чтобы вытащить останки тела наружу, а голыми руками — ни за что! Осмотрелся — метрах в двухстах была новая роща, поэтому оставив фургон открытым, чтобы хоть немного проветрить внутри, пошлепал к деревьям: во-первых, хотелось поесть, так как завтрак вылетел погулять навсегда пару минут назад, а во-вторых, мясо могло и испортиться, и продукты теперь у него будут, скорее всего, вегетарианские, с деревьев. Хотя много надежд парень полагал на найденную машину: у путешественников наверняка должно что-то быть простое и полезное, не говоря об оружии и воде — при воспоминании о воде у человека поднялось настроение, и он резвее зашагал в направлении рощи. Рядом с деревьями обнаружился еще один оазис, правда, в таком же загаженном состоянии, как и обнаруженный ранее: хоть вода и была немного чище, а окружающая земля уже не походила на поле после работы трактора с плугом, но желания подходить ближе не возникало у Виктора.

— Проклятые бизоны, или как вас там, чтоб вы все сдохли! — в сердцах плевался и пинал комья взбитой земли турист — это ведь точно саранча: все выпили, а что не выпили, то загадили. Боже, как я хочу в душ!

Немного успокоившись, вернулся в тень деревьев и стал грызть свои запасы — съел половину, остальное оставил на вечер — больше в такой атмосфере мясо не выдержит. Запил кислым соком из груши, так как маленькие местные апельсины со вкусом тоника уже закончились, а похожего дерева не встречал по пути. Небольшой мозговой штурм дал определенные результаты: побродил некоторое время по роще и нашел несколько сухих веток, подпилив которые своим единственным оставшимся инструментом, соорудил нечто похожее на природный багор — длинная палка с закруглением на конце. Пришла мысль таким инструментом выковырять все останки человека из прицепа, а потом очистить пол от остающейся мелочи, используя местную траву — даже можно попытаться наделать одноразовых веников.

— Надо это сделать сегодня — думал турист, отдыхая в тени рощи — если сегодня все выкинуть и почистить пол, то к утру там все проветрится и можно будет забраться внутрь и посмотреть что там дальше, в основной части машины.

Накрутив себя таким образом на решение проблемы, двинулся обратно к находке — судя по солнцу, до заката оставалось часа четыре, так что следовало поторопиться. На простую, в общем-то, работу у человека пошло более двух часов: сначала долго вылавливал части тела незнакомца самодельным багром и вытягивал их наружу, ежеминутно сдерживая рвотные позывы. Хоть прицеп и проветрился немного, но палки были не слишком длинные, чтобы сделать все из безопасной зоны, поэтому приходилось работать очень близко к останкам, что не улучшало для него качество окружающего воздуха. Выбросил все наружу, а потом потратил еще часть своего времени на то, чтобы отбросить все это подальше от транспорта — природа быстро все оприходует. Затем пошла не менее неприятная работа по очистке пола от всего того, что не мог зацепить и выгрести ветками: резал ножом траву, потом делал что-то наподобие веника, обвязывая той же травой пучок поперек. Выходило коряво, но свою простую работу этот инструмент понемногу делал, правда, хватало его ненадолго — процесс подметания превратился в конвейер по покосу травы.

В результате, прямоугольник пола размерами три на два метра подметался час, где больше времени пошло на создание самодельных веников, чем на сам процесс уборки. Оценил свою работу на «хорошо», и если бы рядом была вода, то убрал бы на «отлично», но та вода, которая была в соседнем оазисе, его отпугивала цветом и запахом, поэтому влажную уборку отменил до лучших времен. Пользуясь случаем, заглянул в приоткрытые двери тамбура в головную часть машины — ничего толком не разглядел, так как уже начало темнеть, но радовало то, что внутри ничем не воняло. Воздух там был, скорее, спертый, с каким-то незнакомым запахом — решил заняться обследованием главной части агрегата завтра, поэтому вылез из прицепа и оставил двери открытыми: как внешние в прицеп, так и дверки тамбура — пусть немного проветрится за ночь. Потоптавшись еще немного и осматривая результаты своей работы, пришел к мнению, что на сегодня хватит — пора ужинать и начинать готовиться ко сну — находиться на земле в ночное время было безрассудно, а внутрь машины залазить в темноте не решился.

В общем, очередной день закончился, как и череда предыдущих: небольшой костер для разогрева остатков жареного свиного мяса, ужин, запитый осточертевшим кислым соком и потом устройство лежака в разветвлении кроны одного из деревьев. Ночь прошла беспокойно, пару раз просыпался — было ощущение, что внизу что-то ползает или лазит, трудно сказать — некоторое время провел на животе, вглядываясь вниз — ночи тут были ясные и безоблачные, хоть и ночного светила не было, так что стоило попытаться разглядеть, то, что копошилось под деревом. Так как это нечто не прекращало своих непонятных поисков, то разбуженный и злой поэтому турист решил угостить неожиданного ночного напарника парочкой зеленых кислотных бомбочек, благо крона и строение ветвей нижнего яруса позволяло их удобно развешивать на ночь на ветках. Бросал, естественно наугад, так как освещение откровенно желало лучшего и куда-то прицелиться не представлялось возможным — результат и порадовал и напугал.

Порадовал, потому что попал — звуки яростного шипения и какого-то свиста явно говорили о том, что контакт состоялся. А напугал, потому что эти самые звуки были уж слишком сильными, и к ним добавлялись удары чего-то тяжелого об землю и ствол дерева, на котором он расположился — явно существо там внизу было немаленьким. Как будто кто-то абсолютно бессистемно лупил чем-то тяжелым время от времени: иногда несколько ударов подряд, а иногда только звуки шипения и свиста, а потом снова все это в произвольном порядке. Слушал эту какофонию более получаса, размышляя, кинуть туда еще парочку подарков, или попридержать на будущее — победила бережливость и запасливость. А кроме того, интенсивность шума стала понемногу уменьшаться, да и удары стали слабее и реже. В конце концов, это что-то внизу замерло, а следом и наш турист заснул с ощущением хорошо выполненной работы. Утро не порадовало: свесив голову вниз в надежде увидеть результаты ночного бомбометания, чуть не выпал из своего «кокона» вниз от увиденного. Под деревом лежало тело огромной змеи: длину он определить не мог, так как видна была только ее часть, но и того, что было, ему хватило для того, чтобы на секунду перестать дышать от страха.

Длинное тело еще иногда дергалось — были ли это конвульсии, или змея спала — этого он не знал, хоть и надеялся на первое, поэтому еще часа два проторчал на дереве, не решаясь двинуться вниз — габариты ночного гостя поражали. Слез лишь через час, после того, как перестал замечать эти самые мелкие подергивания — повезло, что змея не оплелась вокруг дерева, а просто лежала рядом. Оценил масштабность неожиданного нежданчика: диаметр туловища разнился от полуметра в районе хвоста, доходя до шестидесяти сантиметров в центральной его части. По неправильному утолщению сообразил, что это, скорее всего ночная добыча хищника, которую он успел поймать и проглотить перед тем как добрался до дерева, на котором спал турист. А значит это местный вариант удава или анаконды — наиболее верное сравнение — проверять, что оно там проглотило, желания не было, да и нечем, если трезво подумать. В длину пресмыкающееся было более десяти метров, наверное — голова терялась где-то в траве, куда желания лезть у нашего героя не было абсолютно. Хвост заканчивался острым шипом около двадцати пяти сантиметров длиной, и само жало блестело очень подозрительно, как будто его только что намочили.

— Что-то мне подсказывает, что это яд — размышлял турист, разглядывая хвост этого гада — пожалуй, пойду я отсюда, как-то мне рядом с этой тварью не по себе, пусть ее местные организмы пробуют на вкус, хе-хе,… если смогут!

Назад к транспорту шагал весело и резво: во-первых, надеялся на то, что найдет там массу полезных для себя вещей, в том числе в обязательном порядке продукты и воду. А во-вторых, вновь почувствовал рядом с собой цивилизацию — за этих две недели он превратился в аборигена, который не моется, не чистит зубы, не меняет белье и лазит по деревьям за едой. Хотя справедливости ради надо отметить, что один раз он использовал желтое пюре не по назначению: попробовал обмазать им свое мужское хозяйство в надежде, что оно немного очистит там кожу от многодневной грязи и уменьшит неприятный запах. Хорошо, что попробовал сначала на пальцах ног — там тоже грязи было достаточно. Так вот: фруктовая масса начала реагировать на тепло организма, застывая там в течение пары десятков секунд — с ног удалось содрать небольшой кусочек начавшего твердеть желтого «гипса» — тогда еще подумал, что правильно сделал, что начал эксперименты на ногах, а не на непосредственно важных мужских причиндалах. Ходил бы сейчас с каменным членом и каменными яйцами в прямом смысле этого слова.