– Парни, приготовьтесь к стрельбе. Стреляем по очереди. Первый – Пет. Промахиваешься, отходи в сторону. Следующий – Фок. Попадаешь, стреляй в следующего. Промахиваешься, даёшь мне выстрел и так далее. Два – три «носорога» и хватит. Сами разделывать будете.

Донк стал осторожно подводить челнок к стаду, чтобы нам было удобно вести стрельбу.

– Донк, пока не снижайся сильно, а то вспугнёшь. Снижайся по моей команде.

Тем временем стадо медленно перемещалось, не замечая нас. Вдруг одно животное насторожилось и стало смотреть назад. Оттуда метнулось что-то пятнистое с гибким телом и длинным хвостом, и всё стадо сорвалось с места.

– Снижайся, Донк, а то упустим. Парни, начинайте! – не веря в успех, скомандовал я. «Неужели снова останемся без добычи?»

Корабль качнуло, и он резко потерял высоту, затем выровнялся и застыл на месте. Пет первым открыл стрельбу вслед убегавшим «носорогам», оказавшимся очень резвыми бегунами. Их преследователь, услышав выстрелы, отскочил в сторону и побежал прочь. Это была большая дикая хищная кошка* с небольшой головой, длинным телом, покрытым мехом, местами испещрённым чёрными пятнами и длинным хвостом. Вслед за Петом открыл огонь Фок, однако тоже промахнулся. Четырёхрогие скрылись в лесу.

– Что будем делать, шеф?

– Что-что, искать дальше, - раздосадованный проворчал я и сказал Донку лететь за реку.

Напрасно я огорчился, так как стоило только перелететь на другой берег речки и отдалиться от неё на километр, как мы увидели группу странных животных с носами, загнутых книзу*. Поначалу они казались неповоротливыми, и я сказал Донку подлететь поближе и снизиться, что и было сделано. На этот раз стрелял я и первым же выстрелом попал в бедное животное, которое упало и забило копытами. Остальные побежали и мы не стали их преследовать, поскольку добыча была весьма крупная. Выбежав из севшего челнока, я выстрелом в голову прекратил мучения животного. Затем включил робота и погрузил тушу на корабль. Весило животное не менее четырёхсот килограммов. Всё заняло считанные минуты. Полученный урок с дикими хищниками научил осторожности, и довольствоваться малым.

Вечером мы разожгли костёр и нанизав тушу на толстую палку стали её поджаривать, периодически вращая. Когда мясо было готово, предались чревоугодию. Ели столько, сколько могли, впервые за всё время экспедиции. Нам было весело, то ли от того, что удачно завершилась охота, то ли от того, что парни снова при деле, то ли от всего вместе. Мы были молоды, жизнерадостны, день прошёл удачно, и это было хорошим поводом собраться вместе у костра и провести вечер вместе. Востур что-то рассказывал о наших прошлых приключениях в саванне, изрядно придумывая и дополняя сюжет деталями, я помалкивал, а все остальные кроме Кулы открыв рот слушали и смеялись вслед за рассказчиком. У нас снова была команда.

* * *

Вы знаете, как можно сделать так, чтобы ваш друг вдруг стал совершенно другим, - неузнаваемым доселе? Очень просто. Вы ставите его в такие условия, в каких он проявляет свои самые лучшие качества. Так и произошло с Востуром. Я намеренно оставил его на базе с Лосси и не привлекал больше ни к каким иным обязанностям, кроме тех, что были на станции. И больше не возвращал на корабль, чтобы сопровождать меня в долгих рейдах. Его это устраивало и проведя такой «домашний» образ жизни в течение двух недель, окружённый прекрасными женщинами, он совершенно преобразился.

Вначале меня это поразило, но потом я стал искать причину столь сильной перемены в нём. Любовь ли это? Или сочетание других факторов – прекрасного места, где находилась база, её уединённости и безопасности? Скорее всего и того и другого. Я никогда не расспрашивал своего друга о его детстве, считая, что у человека могут быть личные причины не говорить о нём. Возможно в детстве ему не хватало материнской заботы и ласки, ведь все мы разные. На этот счёт я не сомневался, ведь я сам был лишён родителей и знаю, что такое быть сиротой. Однако любовь бабушки компенсировала утрату, и я вырос таким, каким вы видите меня сейчас.

Все лучшие качества в человеке раскрываются тогда, когда он достигает возраста зрелости, когда он готов и способен ценить партнёра и восхищаться им. Здесь заложена магия отношений: чем больше вы восхищаетесь любимым или любимой, чем больше даёте ему или ей понять это, тем сильнее это воздействует на вас самих, преображая в глазах других. Так и произошло с моим другом. Он весь светился от счастья, словно святой и все его действия и помыслы теперь проходили сквозь эту призму счастья. Я теперь понял, что он нашёл то самое, что многие ищут и не находят – источник вечного блаженства и радости. Поэтому я решил более не тревожить идиллию их отношений привлечением к рейдам. У меня были мои необстрелянные парни, и мне предстояло закалить их в будущих непростых ситуациях. То, что они будут, я не сомневался, ведь жизнь на то и дана, чтобы проходить через испытания и приобретать нужный опыт.

Итак, мы продолжали облёт теперь Северного полушария, памятуя о присутствии конкурентов и неизвестной расы. Вначале мы слетали в то место, где была первая станция профессора – озеро нимф. К счастью, оно было свободным, и там мы поставили метку. Мы не хотели больше вести поиски в тропиках по причине присутствия опасных рептилий и непролазных джунглей. Нашей целью на этот раз стала Арктика, или выражаясь научным языком «арктический пояс». Вы спросите меня, с какой стати меня понесло в район, где властвует снег и стужа? Ответ прост. Любопытство. Поэтому, как только мы оставили вешку на месте бывшей станции нимф,я дал команду лететь на север.