— Я не устраивала никаких сцен. Это ты почему-то не хочешь показать мне что у тебя с рукой, хотя это дело пары секунд, — парировала храмовница, всё ещё не понимая чем вызвана подобная реакция.

Мастерс тяжело вздохнул.

— Ты права, при чём права почти во всём. Есть кое-что, о чём я должен тебе рассказать, но давай поговорим об этом в другое время и в другом месте, — предложил он.

— Давай. Возвращайся к себе в комнату, и жди меня. Я приду к тебе минут через сорок, максимум через час.

— Хорошо, — сказал Мастерс на прощание, и направился в свою комнату.

Эллара же вернулась обратно к брату.

— Кто это был? Он не очень похож на адепта вашего Ордена, — подметил Вейлас.

— Его зовут Дилан, и он очень мне помог. Если бы не он, меня бы сейчас не было в живых.

— Даже если всё так, это не даёт ему право обращаться с тобой словно с какой-то…

— Пожалуйста, давай не будем обсуждать Дилана у него за спиной.

— Как пожелаешь. Пойдём немного прогуляемся, — предложил Вейлас.

— Пойдём, — охотно согласилась Эллара.

Покинув храм, брат и сестра отправились бродить по городу. Когда они вышли за ворота, Вейлас поведал о том, как пришёл в себя прошлой ночью, и что смог узнать о магистра. Ариус не стал вдаваться в подробности и рассказал новоиспечённому герцогу о роли Эллары в его спасении, и о том, что убийство их родителей организовала герцогиня Даэрт. Шокированный этим известием Вейлас хотел поскорее повидаться с сестрой, однако Ариус убедил его сначала хорошенько отдохнуть, привести себя в порядок, и прийти в храм уже утром. Молодой герцог последовал его совету, и снял комнату на постоялом дворе. Магистр подтвердил его личность, что позволило Вейласу, не имевшему при себе денег, оформить долговую расписку, чтобы оплатить еду и проживание, а также приобрести подходящую одежду.

Когда его рассказ подошёл к концу, настала очередь Эллары. Она рассказала о том, как жила последние годы, об Айзене и Агнессе, и о многом другом. Поведав о мотивах мстительной стихийницы, Эллара задала брату вопрос, который не давал ей покоя с того самого момента, как она узнала неприглядную правду о своём отце.

— Ты знаешь почему отец это сделал?

Вейлас помрачнел. Было отчётливо видно, что ему известна причина вероломства Тайрина по отношению к Агнессе и Джулиусу, но говорить на эту тему он не желает.

— Разве теперь это имеет значения? Что бы отец не совершил в прошлом — теперь этого не изменить, — попытался новый герцог Данрик уйти от ответа.

— Ты прав. Прошлого нельзя изменить, а мёртвых не вернуть к жизни. Но мне необходимо понять почему он так поступил, — продолжала стоять на своём Эллара.

— Хорошо. Раз ты так этого хочешь, я скажу в чём была причина. Но учти — услышанное вряд ли тебе понравится, — счёл нужным предупредить сестру Вейлас.

— Как-нибудь переживу. Я всю жизнь считала отца хорошим человеком и примерным семьянином. Мне казалось, что они с мамой искренне любили друг друга. Неужели я настолько плохо знала родного отца?

— К сожалению, это так. Наш отец был ещё тем лицемером. Утром он мог рассуждать о морали и нравственности, а вечером развлекаться с любовницей в своём собственном доме. Но причиной его гибели стала не столько похоть, сколько азарт. Ты ведь помнишь маркиза Айриндера?

Эллара кивнул. Маркиз Айриндер был ещё одним хорошим другом Тайрина, но в отличие от Джулиуса Даэрта, этот тип не понравился Элларе с самой первой встречи. Когда будущей храмовнице только исполнилось двенадцать лет, гостивший в их доме Айриндер пришёл к ней в комнату. Это был неприятный упитанный мужчина с длинными рыжими волосами, и короткими ногами. В своём плотном тёмно-зелёном камзоле он был очень похож на болотную жабу. Девочка не поняла зачем друг отца явился к ней в комнату, но от его взгляда ей стало не по себе. Когда маркиз только начал говорить какая она красивая, Элларе захотелось убежать, но сделала она это лишь после того, как Айриндер попытался погладить её по коленке. Девочка пожаловалась отцу, однако Тайрин резко отчитал дочь, не поверив в её рассказ. Или только сделал вид что не поверил, потому что при следующей встрече Айриндер извинился за своё поведение, и больше никогда не приближался к дочери Тайрина.

— Отец заключил с ним пари, заявив, что без особого труда сможет соблазнить любую девушку, на которую укажет маркиз. Айриндер выбрал Алейну.

— Отец знал что она помолвлена с Рейнаром, и что они скоро собираются пожениться? — спросила Эллара, хотя и так знала каким будет ответ брата.

— Знал. Они оба всё прекрасно знали, но менять условия пари не стали.

Эллара лишь сокрушённо вздохнула. Вейлас оказался прав — услышанное ей очень не понравилось. Покойный Тайрин оказался самым настоящим мерзавцем, как и его друг. Впрочем, инициатору пари не удалось уйти от расплаты. Эллара вспомнила, что за день до того, как были убиты её мать и отец, в поместье Айриндера случился сильный пожар. Догадаться о том, кто его спровоцировал, не составило особого труда. Выбраться из горящего дома маркиз не успел, и Элларе было его ничуть не жаль. Даже если закрыть глаза на то, что Айриндер был косвенным виновником гибели её родных, а также Рейнара, разглядеть в нём жертву храмовнице не удалось. Королевство ничего не потеряло от смерти привилегированного развратника и подлеца, скорее даже наоборот, стало немного чище.

— Ладно, больше не будем о грустном. Лучше скажи что ты собираешься делать дальше, — решила храмовница сменить тему.

— Пока какое-то время побуду в столице, а потом, когда известие о моём чудесном выздоровлении доберётся до королевского двора, переберусь в какой-нибудь небольшой городок на окраине, — поделился Вейлас своими планами с сестрой.

— Почему? — искренне удивилась Эллара.

— Потому что представительницы благородных семейств начнут из кожи вон лезть, пытаясь сделать меня самым счастливым человеком в королевстве. Я только-только вернулся к полноценной жизни, и поиск потенциальной невесты меня сейчас волнует меньше всего. Как только представлю, что моего внимания начнут добиваться расчётливые стервы и хихикающие дурочки, сразу же хочется бежать из Данмура без оглядки.