Ладно, трижды. Из — за того, что тренер похлопал его по плечу и выдал:

— У нас тут есть традиция, Кортэлл. Когда у парня проходит первая игра в высшей лиге. Особенно она касается парня, который здесь родился, и ему хватило мозгов не болеть за «Рэд Уингз». Что не так с жителями Чатема?

— Билеты на «Уингз» дешевле? — предположил Лейн, и, наверно, стоило бы промолчать, но, к счастью, тренер захохотал.

Его замутило, когда тренер сказал:

— Короче говоря, Кортэлл, традиция такова: ты начинаешь сегодня. — Лейн засмеялся и задумался: он сможет себя ущипнуть через экипировку? Тем более одетыми крагами. Тогда — то он и очухался.

По меньшей мере, он смекнул не просить тренера «Торонто Мейпл Лифс»:

«Эй. Не могли бы вы мне по — быстрому врезать? Наверно, я уснул, пока смотрел игру Джареда, и пока он бормотал о прикрытии нейтральной зоны».

Тренер улыбнулся и проговорил:

— Наслаждайся, Кортэлл. Такое случается лишь однажды. И я был бы признателен, если б ты не пасовал шайбу назад, а позволил бы забить с вбрасывания. Ладно? Не погань все парням, которые следуют за тобой.

Он умудрился промямлить «спасибо» и упорно внушал себе: «Никаких пасов назад, ни одного», пока по — тихому двигал в раздевалку проблеваться. В последний раз из него вышла лишь одна вода. Но все — таки.

Когда команда выкатилась на лед, Лейн слышал лишь свое дыхание и барабанную дробь сердца, которое переместилось в горло. Хотя подобное было невозможно. Он поднял глаза на трибуны, где стояли Джаред, его родители, Зоуи — накануне вечером она прилетела в Детройт — и родители Джареда, которые подобрали Зоуи в аэропорту и довезти до Торонто.

Она вопила и обнимала Лейна до тех пор, пока он не перестал дышать, трещала со скоростью миллион слов в секунду, и на миг Лейн задумался о молочных коктейлях и прогулках по пляжу под теплым флоридским солнцем, о влюбленности и о том, что все кусочки пазла наконец — то собраны вместе.

— Здесь очень холодно, — воскликнула она, а потом с гордостью продемонстрировала ему монетку туни. — Смотри. Теперь она у меня есть. Но мне придется ее вернуть. Райан передает «привет». У него игра, но твой матч записывается на

«ТиВо». Лейн, ты здесь. Ты реально здесь!

Родители были счастливы вновь с ней встретиться, а мать ее обняла и проговорила:

— Ты знакома с парнем Лейна, Джаредом?

— Ага, я сняла ту фотку, где он останавливает бросок Лейна. — Она нахмурилась и ударила Джареда по руке. — До сих пор злюсь, Патрик Руа.

Она так мило назвала имя. И никто даже не удосужился ей указать, что она произнесла фамилию Руа с окончанием «ва».

Одета она была в стормовский свитер Лейна и купила такие же для его родителей.

— На них была скидка пятьдесят процентов. Я купила еще один, чтоб потом продать, когда Лейн возьмет кубок.

Родителей Джареда Зоуи слегка ошеломила. Чуть позже она рассказала Лейну, что они вели себя очень и очень тихо и не совсем понимали, с какой стати подбирали татуированную южанку в Детройте и везли на хоккейный матч в Торонто.

— Они удостоверились, что я поела, и заваливали вопросами о температуре в машине. Житель Среднего Запада, южанка и канадец… Мы будто бы совершенно одинаковые.

— Мы одинаковые, — все еще стоя в ее объятиях, ответил Лейн. — Есть только одна разновидность людей. У тебя по сих пор проколоты сиськи? Я решил использовать это слово, пока какая — нибудь девушка не попросит меня перестать.

— Рада, что слава совсем тебя не изменила, Лейн. — Зоуи стиснула его руками сразу же после того, как ударила за этот комментарий.

Отец Джареда пожал Лейну руку и пожелал удачи в соревновании. Он был похож на Джареда, те же волосы и волевой подбородок. Лейну пока не было ясно, стал ли Джаред близок с родителями, но их отношения заметно наладились. Все вместе они провели Рождество, все прошло странно и формально, и никто не смотрел спорт по телевизору.

Родители Джареда купили Лейну рождественский подарок — очень толковый чемодан.

— Джаред говорит, ты будешь путешествовать.

Он был кожаным, с инициалами, и его наверняка нельзя было просто зашвырнуть в автобус. Еще он познакомился с сестрой Джареда, которая была очень серьезным юристом, и братом, который минут десять рассказывал Лейну о поддержании водного баланса и приеме кальция, и предостерегал о всевозможных поджидавших хоккеистов травмах.

Он посмотрел фотографии маленького Джареда, что было весело, и домашнее видео, где Джаред пытался кататься в коньках сестры. Джаред часто падал, и Лейн наблюдал, каким сосредоточенным было его лицо, когда он поднимался, отряхивал снег со штанов и пробовал еще раз. Точно такое же выражение лица было у Джареда во время последнего матча финала конференции, когда они выиграли вбрасывание перед не сложившимся победным броском Лейна.

Самым лучшим моментом стали племянники Джареда, считавшие Лейна крутым и задававшие кучу вопросов о хоккее. Они заявили родителям, что хотят учиться играть, потому что дядя Джаред и дядя Лейн заверили, что играть в хоккей можно даже в Техасе.