Возможно, сейчас самое время для алкоголя.

Чем дольше длился полет, тем чаще Мартинес видел Сулу. Кораблей всего два, а офицеры весьма общительны. Ежедневно устраивались вечеринки, хотя капитаны участвовали не в каждой.

Мартинес осмелился пригласить капитана Сулу к себе на обед для двоих лишь спустя полмесяца.

Он встретил ее у шлюза, в этот раз она была с другим ординарцем — светловолосой женщиной, но тоже с медалью "За отвагу" на груди. Мартинес проводил Сулу в свою столовую и предложил широкий выбор прохладительных напитков. Она захотела минералки, и Мартинес, решивший из вежливости избегать алкоголя, тоже налил себе стакан. Увидев портрет Мартинеса, отважного и решительного, висящий на передней стене, Сула заулыбалась.

— Очень реалистично, — сказала она.

— Правда? — забеспокоился он. — Я надеялся на большее.

Сула рассмеялась и переключилась на фрески с пирующими терранцами, рассматривая виноградные грозди, кубки с вином и грациозных людей в простынях.

— Настоящая классика, — сказала она.

— Это только выглядит старым. Позволь, я покажу еще одну картину.

Он провел ее в спальню и включил свет, демонстрируя "Святое семейство с кошкой". Сначала Сула казалась веселой, потом чуть нахмурилась, сощурила глаза и придвинулась к древней картине. Она внимательно разглядывала ее несколько долгих минут.

— Тут какая-то история, — произнесла она. — Но я не знаю, какая.

— Я тоже, но мне нравится.

— Сколько ей лет?

— Написана еще до завоевания. В Северной Европе, где бы это ни было.

Сула искоса посмотрела на него.

— Мартинес, ты ужасающе невежественен в истории собственной расы.

Он пожал плечами.

— До завоевания сплошная эпоха варварства и насилия, разве нет?

Она опять повернулась к картине и сказала:

— Суди сам.

Мартинес посмотрел на уютно устроившуюся у огня семью, и на него нахлынули теплые чувства.

— Сейчас это собственность Флетчеров. Не знаю, разрешат ли мне ее выкупить.

— Ты можешь себе это позволить?

— На мое-то жалование? Только если они не представляют, сколько она стоит.

Сула мельком посмотрела на остальные картины — на голубого флейтиста и на пейзаж.

— Есть другие сокровища?

Он пригласил ее в кабинет. Сула равнодушно оглядела рыцарей и фрески с писцами и глашатаями. Ее взгляд приковал рабочий стол с плывущими по нему фотографиями Терзы и юного Гарета.

Мартинес затаил дыхание. Вот и решающий момент.

Выражение ее глаз немного изменилось, как будто легкое облачко закрыло солнце. Губы скривились в усмешку.

— Наследник клана Чен?

— Да.

— Здоровый малыш?

— Так мне сказали.

— Похож на отца.

Ее взгляд следил за проплывающими по рабочему столу изображениями.

— И как тебе в браке? — Вопрос прозвучал вежливо и весело, но не без тени иронии. Они оба притворились, что ответ ее не волнует.

— Первые семь дней всё было хорошо, с тех пор я был вдали от дома.

— Семь дней? — Она улыбнулась. — Ты фертилен.

— Фертильный, да, — автоматически повторил Мартинес.

Он боролся с желанием обнять Сулу.

"Но только не на флагмане Миши Чен", — одернул он себя.

В столовой послышались шаги Алихана, принесшего закуски.

Сула, задев Мартинеса, направилась к двери.

Он понял, что гроза миновала и не всё потеряно.

Мартинес пошел за ней. Алихан, в безупречной униформе, белом фартуке и белых перчатках, стоял у стола.

— Старший оружейник Алихан! — улыбнулась Сула. — Как у вас дела?

Алихан просиял за завитыми усищами.

— Отлично, миледи. Прекрасно выглядите.

— Вы очень добры. — И позволила Алихану отодвинуть для нее стул. — Что сегодня будем есть?

— Ну, для начала поджаренные рисовые конвертики с пюре из клубней крака, засахаренными копчеными колбасками и шпинатом.

— Звучит прекрасно.

Под благодушным присмотром Алихана Суле и Мартинесу удалось мило и вкусно пообедать. В разговоре, в основном, касались безопасных профессиональных вопросов, хотя после десерта Мартинес всё же выплеснул эмоции по поводу Торка. Довольно напрактиковавшись к этому времени, Мартинес выдал исключительно красноречивую тираду.

Сула пожала плечами.

— Война вернула власть некоторым лицам, и мы, если уж об этом говорить, им не нужны. А ты чего ожидал? Благодарности?

— Я не думал, что об меня вытрут ноги.

— Мы оба капитаны, оба с боевым опытом. Хотя при самом благоприятном раскладе нас бы еще много лет до командующих эскадрами не повысили… нам повезло больше, чем следовало ожидать. — Она сделала глоточек кофе. — Мы им еще понадобимся — для следующей войны.

Мартинес удивленно посмотрел на нее.