Я же склонялась к тому, что скорее всего, подобные разработки просто пе-рестали принадлежать крупным частным корпорациям и, где-нибудь, на далеком Сибирском острове под номером N, правительство спокойно, в тайне от общества, занималось особенно удавшимися экспериментами прошлого.

Этот огромный мужчина, отчего-то хмурившийся все сильнее, был тому ярчайшим доказательством. Тут я услышала легкое покашливание Тома, он пытал-ся отвлечь мое внимание от генетического чуда, которое, как оказалось, я разгля-дывала слишком долго и откровенно.

– Товарищи, разрешите представить вам лучшего независимого сыщика, Станиславу Никитину.

Сыщики слаженно кивнули мне, приветствуя. Блондин даже бровью не по-вел, он в очередной раз слегка скривился, было видно, что его явно что-то напря-гает или же раздражает. Ладно, может мне и правда стоит прекратить так откро-венно пялиться на него.

– Станислава, это Николай и Фредерик, они будут, так же как и ты, вести стороннее наблюдение и расследование, чтобы обеспечить максимальную беспри-страстность. Ну что, начнем?
– тут полицейский откинул пластиковое покрывало и нашему взору предстало нечто.

Когда-то это нечто явно было человеком, судя по объему останков, лежа-щим на брусчатке. В момент, когда я подалась вперед, к телу, Николай, не выдер-жав специфического запаха, исходящего от трупа, отбежал в сторону, выбрасывая содержимое своего желудка, прямо на мостовую. Лаборанты с ужасом наблюдали за происходящим, конечно, ведь по процессуальным правилам, им придётся все это запротоколировать и взять пробы того, что выливалось сейчас на мостовую. По их глазам я поняла, этих парней возненавидят и отчет по микробиологическим пробам мне наверняка выдадут раньше, чем им. В отличие от своего напарника, Фредерик держался, но давалось ему это не легко. Побывали бы вы с мое в ниж-них, значит ребята специализируются на высшем обществе только, и в нижние не спускаются, хотя... Я снова вернулась к телу.

– Позвольте, - присела на корточки, рядом с трупом.

Тело было смешанно в мясорубку, обрывки одежды, костей, клоки волос, все находилось в оболочке какого- то геля. Человека буквально тщательно размо-лоли, а потом все останки сгрудили прям посреди улицы. Отличительной особен-ностью было то, что частицы, застывшие в этом желе подобном составе, не содер-жали остатков крови, либо же они были совершенно не значительными.

Я вопросительно посмотрела на начальника полиции. Том махнул рукой, разрешая мне приступить к своему исследованию. Дрон, круживший рядом подле-тел и начал контролировать мои действия, записывая и передавая все в центр по-лицейского управления, где отряд из высоко квалифицированных специалистов, не выезжая на место, начнет незамедлительно собственное расследование, могу отметить, что скорее оно началось не менее двух часов назад, как раз именно в то время мне позвонил Том и пригласил присоединиться к делу.

То, что еще недавно было человеческим существом, расположилось в самом начале улицы. Это, еще сложно было сказать к какому полу оно принадлежало, должно было входить или выходить из помещения, хотя никакого близлежащего оцепленного дома я не наблюдала, хорошо, возможно это выходило из машины, я снова задумалась, или это выбросили из машины, потому как рядом автомобиля не было. Внимательность, особенная внимательность к тем несущественным на пер-вый взгляд вещам, была главным залогом успеха. Я осмотрела тело еще раз. Глаз-ное яблоко, немного откатившись, располагалось с моим сапогом, стараясь не за-деть его, я спустилась практически на четвереньки и вдохнула исходившие от тела испарения.

Помимо специфического запаха гниения, я уловила знакомый мне лаван-довый запах. Парфюмерная продукция была чрезвычайно модна, но особенность конкретно этого запаха была мне знакома. Я закрыла глаза, вспоминая названия одного из самых дорогих парфюмов в Объединенном Мире, именно его мне пред-лагала навязчивая продавщица, когда я вела наружное наблюдение, в торговом центре.

Специфика этого запаха была такова: соприкасаясь с телом он не просто держался до недели, он "умел" менять свои ноты, в зависимости от настроения, времени года, суток, но его название, нет, не вспомню.

Открыв глаза мой взгляд уперся в великана, который с удивлением смотрел на меня. Представив, как выгляжу со стороны, тут же подскочила, этот заставлял меня нервничать. Я чувствовала, что покраснела, как рак, еще бы- стояла перед всеми, забывшись, и, как собака, принюхивалась. Решив, что буду действовать ис-ключительно, как считаю нужным, повернулась к компьютеру- наблюдателю:

– Дрон, допуск 481, Никитина, доложить обстановку.
– и, незаметно для всех, нажала на кнопку своих часов.

Дрон вжикнул и металлический голос начал:

– Тело обнаружено два с половиной часа назад, строителями, они в настоя-щее время допрошены и изолированы. Принадлежит, - дрон вжикнул, соединяясь с центром, - личность не определена, пол, - снова вжикнул, - не определен, воз-раст - не определен, тип крови - не определено, время смерти - не определено. Причина смерти не выявлена- предварительная причина смерти, раздавление при помощи неизвестного прибора. Данные возможно определить только после кри-минологического заключения специалистов. Допуск запрещен для всех групп рас-следование, за исключением личного распоряжения руководителя Комитета.