– Валяйте.

– Пророчество гласит…

– Только не это. – Снейк покачал головой. – Как-то я ввязался в дельце с пророчеством, с тех пор меня воротит от любого упоминания подобной чуши.

– Тем не менее, вы изъявили согласие выслушать. Пророчество гласит, – с нажимом повторил мафиози, – что под городом спят огромные, чудовищные Хозяева, чья кровь холоднее льда, а броня крепче стали. Однажды придет странник, наполовину человек, наполовину рептилия, и разбудит Хозяев. По их воле раса игуан вернет подлинное величие, и станет править миром.

– Считаете, тот странник – я?..

Грэм пожал плечами.

– Не думаю. Вы больше похожи на человека. Кроме того, я уже давно вышел из того возраста, когда верят в подобную, как вы подметили, чушь. Пророчество призвано придавать игуанам силу в тяжелые времена, и только.

– Разумно, – одобрил Снейк.

– Ну а если в недрах Сорквудистана, помимо прочего, в самом деле заточены огромные ящеры – уверен, там не счесть всякой всячины, да и кто я такой, чтобы давать чему-либо окончательную оценку?.. – пробуждение колоссов если не разрушит город до основания, то нанесет ему непоправимый ущерб. Это повредит бизнесу, а меня заботит лишь процветание оного.

– Ясно. – Снейк осушил стакан. – Что ж, мне пора.

– Должен признать, не ожидал, что представитель вашего сурового ремесла окажется столь словоохотлив. Мы чудесно поболтали, мистер Снейк.

– Ваше виски не идет в сравнение с пойлом, коим меня потчует Клэтч.

– Если боссы сочтут, что по-прежнему заинтересованы в ваших услугах, и вы соблаговолите продолжить сотрудничество, прольются целые реки.

– Это чересчур.

«Одного ли виски?..» – спросил себя стрелок.

– С другой стороны, крайне важно, чтобы вы поддерживали форму.

– Я умею держать себя в руках, – ответил Снейк. – Полагаю, вы убедились.

– Конечно. Если начистоту, теперь вы можете позволить себе куда более пристойные апартаменты, нежели та пропахшая клопами дыра, «Крысиная глотка». – Игуана доверительно понизил голос: – Должен предостеречь насчет этого Клэтча. Он нечист на руку, и у него неприлично длинный язык.

– Который привел вас ко мне, не так ли?.. – Снейк поднялся на ноги. – Но благодарю за заботу. Если понадоблюсь, вы знаете, где меня искать.

– Всего хорошего, мистер Снейк.

Стрелок покинул мафиози, оставшегося возлежать на груде подушек, и в одиночестве прошествовал к выходу. К сожалению, юная ящерица ему не встретилась.

Охранники отворили дверь.

Снейк запахнул плащ и отправился в обратный путь к «Крысиной глотке».

Клэтч атаковал у порога:

– Как прошло? Прикончил кого-нибудь?..

– По-твоему, стоит выйти за порог, как непременно кого-то прикончу?..

– По правде сказать, присутствует такая особенность, – ухмыльнулся Клэтч. – Но ты жив, и от тебя пахнет порохом. – Бармен всосал воздух в широкие ноздри. – Еще пуще, чем обычно. Вот я и предположил, что тебе…

– Тайна работодателя, – отрезал Снейк. – Я не имею права об этом говорить.

– Кто это был? Шакалы?..

Стрелок шагал к лестнице.

– Молчи, молчи. Завтра об этом будут трубить на каждом углу, – заверил Клэтч.

– В таком случае, наберись терпения, – посоветовал Снейк.

Он прошел в комнату и растянулся на кровати, положив револьверы по обе руки.

Снов стрелок не видел.

«Гребаные пророчества?.. Ладно…»

Наутро Сорквудистан гудел, точно улей.

Как, впрочем, всегда.

Громких новостей было множество: начиная очередной заварушкой, устроенной попугаями-мятежниками, борющимися за независимость одного из юго-восточных районов, и, собственно, заканчивая тем, что курьеров Мафии убивали и грабили не кто иные, как мифические норны. Ничто, однако, из стремительно распространяющихся слухов не повлекло особого ажиотажа, никоим образом не поколебало обыденного состояния горожан, варьирующегося от безразличия к ожесточенному желанию выжить. Им и не такое доводилось слыхать. Что до норн, то какое это отношение имело к ним, обывателям?.. Богачи становятся богаче, бедняки гибнут, планета кружит по орбите.

Все идет своим чередом.

И только постоялец «Крысиной глотки», стрелок с чешуйчатой рукой, пребывал в приподнятом настроении. Он знал – затея удалась и близка к кульминации.

Когда двое ящериц, появлявшихся давеча, вошли в полумрак салуна, ни Снейк, ни Клэтч ничуть тому не удивились. Мафиози нашли стрелка за прежним столом.

– Ты хорошо поработал, – сказал один. – Мы вновь нуждаемся в твоих услугах.

Снейк пил пиво, но игуаны, судя по мордам, сочли его горьким пьяницей.