Шрифт:
– Ну, тогда погадать могу. Я ж ясновидящая! – не унималась Ведьмерра.
– А раз вы ясновидящая, то почему не знаете, зачем мы пришли? – ляпнула Эйри и тут же об этом пожалела. Ведьма зыркнула на нее с такой ненавистью, что Эйри еще долго казалось, будто ненависть следует за ней по пятам.
– Я могу гадать, только когда передо мной котел, - выплюнула слова Ведьмерра. – Хватит на пороге топтаться! Заходите уже внутрь!
В хижине ведьмы подруг встретил полумрак, пахнущий травами и колдовскими порошками. Чернотень косо взглянула на гостей и энергично замахала хвостом. А потом спрыгнула со шкафа так, что на полках зазвенели склянки.
– Ого какая! – поразилась Элл и захотела погладить кошку. Но Ведьмерра злобно крикнула:
– Не трогать! Ничего тут руками не трогать! Выкладывайте свою проблему.
Фэй нерешительно подошла к огромному чугунному котлу, в котором булькало что-то зеленое и склизкое на вид.
– Ну, я это… - начала она. – У меня дар пропал.
– Ха! Дар у нее пропал, - скрипучим голосом передразнила ведьма. – Да здесь у каждого второго что-нибудь пропадает! Вчера вон приходил художник, у которого украли ценную картину. А потом явился плотник – тот гвозди посеял. Они что, вообще не соображают? Я же ведьма. Ведь-ма! А не бюро находок.
– Но дар – это же другое! – вступилась Эйри. – Раньше Фэй могла придумывать целые страны! Не говоря уже о животных и растениях. А теперь всё куда-то делось…
– Хм, - потерла подбородок Ведьмерра. – Пожалуй, я могу помочь. Но за определенную плату. Да, - подумав, добавила она и указала корявым пальцем на Будюпа. – Ваш носатый зверек вполне подойдет в качестве платы.
Но, как выяснилось, Будюп интересовал не только ведьму. Чернотень обнюхивала его, издавая странное мурчание. Как будто внутри ее черного пушистого тела завели двигатель.
Ведьмерра вспомнила, что точно так же кошка вела себя, когда ей давали отведать сырой рыбы, и забеспокоилась.
– Кыш! А ну кыш отсюда, кому говорю! – замахнулась она на Чернотень. Та прыгнула в сторону – как раз на стоявшую в растерянности Элл. Элл не удержалась на ногах и уцепилась за длинную деревянную полку. Полка, на которой во множестве теснились в банках ценные настойки, с треском рухнула.
«Дзынь! Длинь! Бззряк! Кинч!» - рассерженно зазвенели банки. На полу их осколки вперемешку с разноцветными жидкостями смотрелись очень даже неплохо. Особенно когда в хижину заглянуло солнце. Но ведьма почему-то не обрадовалась. Ее взгляд потух, глаза остекленели. Возможно, на нее подействовала одна из испаряющихся с пола настоек. А возможно, и все сразу.
– Я эти снадобья шесть лет готовила, - чужим, словно загробным, голосом произнесла Ведьмерра. – Шессссть лет! А вы уничтожили их в один миг.
Схватив метлу, она принялась нашептывать жуткие заклинания. Эйри расслышала:
«Иранг-Иланг-Иманг! Шеу-меу-леу! Вярк-Бярк-Дярк! Вымети, метла, кого лихая принесла!»
Метла подскочила над полом, ощетинилась – и давай охаживать Элл, главную виновницу беспорядка. Эйри и Фэй тоже досталось изрядно. Когда всех троих, вместе с Будюпом, вымели на улицу, Ведьмерра погрозила им из дверей кулаком да пообещала отомстить. И в том, что за ведьмой не заржавеет, никто не сомневался.
2. Забияка на дереве
Ночь выдалась беспокойная. Совенок ухал у Элл за окном, Будюп шумно возился в чулане – что-то выискивал. Эйри и Фэй в соседних комнатах то зажигали, то гасили свечи. То шлепали по полу босыми ногами, а то ворочались в скрипучих кроватях. Каждый гадал, какую же месть придумает Ведьмерра.
Элл тоже не спалось. Мешали цикады, мешал круглый месяц, заблудившийся в звездах и светивший куда ни попадя. И когда наступило утро, было непривычно слушать затаившуюся в углах тишину.
«Ничего ведь не случилось, - успокаивала себя Элл, сидя в кровати и поглядывая в голубое окно. – Если ведьма и приготовила для нас какую-нибудь пакость, то наверняка мелкую и незначительную. Не станет же она, в самом деле, устраивать второе наводнение или насылать на долину смерч!»
Элл обулась в синие замшевые башмачки, надела платье с сиреневыми цветами и, достав завалившуюся за кровать совиную шапочку, направилась в комнату к Фэй. Ее постель оказалась разобрана, извечный беспорядок в «секретном логове» никуда не делся. Вот только самой Фэй было не видать.
«Наверное, во дворе», - смекнула Элл и отправилась будить Эйри. Но, как выяснилось, Эйри тоже поднялась ни свет ни заря и точно так же не привела в порядок свою кровать. Это-то и настораживало. Эйри всегда отличалась организованностью и никогда бы не ушла из спальни, не взбив хорошенько подушку да не сложив одеяло.
– Эйри! – позвала Элл. – Ты где?
Она выглянула из круглого оконца, откуда во двор спускалась веревочная лестница. Внизу мирно жужжали пчелы, порхали с клевера на клевер пестрые бабочки, покачивался на ветру гигантский василек... И ни души.