– Кто такие Хранители, и откуда они взялись?
– спросил папа.
– В истории Кародоса нигде нет упоминаний ни о каких Хранителях.

Пит посмотрел на Рокату, и тот, явно нехотя, ответил:

– Когда-то, много лет назад, восемь волшебников, представителей всех видов мужской и женской магии, гуляли по просторам Тиерии. Они случайно набрели на незнакомую пещеру. Тогда ещё никто не знал о её волшебных свойствах, и волшебники, ничего не подозревая, решили исследовать свою находку. Что произошло в пещере никто не знает, но история утверждает, что обратно из пещеры так никто и не вышел. Много лет родственники пропавших волшебников искали своих родных, но так и не нашли. Зато с тех пор, как волшебники пропали, с пещерой стали происходить странные вещи. Те, кто осмеливался войти в Гелеру, либо обретали невероятную магическую силу, либо теряли свою магию навсегда. Те, кто терял свою волшебную силу, через какое-то время навсегда пропадали. Стали ходить слухи о том, что восемь когда-то пропавших волшебников на самом деле слились с магией Гелеры и теперь навсегда обречены хранить тайны её магии и уже никогда не смогут покинуть её своды. Главной их задачей стало доставлять потерявших магический дар волшебников на соседнюю планету Земля, так как волшебник без магии не сможет жить на Тиерии, сущность которой и есть магия. Когда желающих получить невероятную волшебную силу стало слишком много, и Хранителям постоянно приходилось доставлять потерявших силу волшебников на Землю, то Гелера решила больше никогда никого не пускать в свои своды, а Хранителей на короткое время освободила от неразрывной связи с собой, чтобы те доставили ключ от входа в пещеру в такое место, где никто и никогда не сможет его найти.

– А откуда эти знания попали в вашу библиотеку, и почему об этой легенде не известно в Кародосе?

– А вот этого никто не знает, - ответил Пит.
– Да и почему вы решили, что в Кародосе должны быть сосредоточены все знания Тиерии? Магистры и наставники Кародоса слишком высокомерны и заносчивы. Вы слишком переоцениваете ваши знания и магические способности. Когда-то в Кародосе действительно учились и преподавали волшебники с невероятным магическим талантом. Но сейчас вы превратили свою школу в элитный кружок для избранных, где преподаватели не могут справиться с мальчишкой и девчонкой, которые ещё даже не научились в полной мере пользоваться своими способностями. А во время настоящей опасности все ваши хвалёные волшебники не смогли справиться с кучкой тварей. В Кародосе уже много лет слишком преувеличивают и свою силу, и свои знания.

Меня очень задели слова Пита. Я любила свою школу, своих бывших наставниц и своих учениц. Я вспомнила учёбу в Кародосе, когда целыми днями без отдыха, с небольшими перерывами на еду я со своими наставницами часами отрабатывала магические приёмы, атаки, защиту. Мы никогда не халтурили и работали в полную силу. Приходя в свою комнату после занятий, у меня хватало сил только на то, чтобы раздеться и лечь в постель. И сейчас мне говорят, что моя любимая школа ничего из себя не представляет. Меня настолько разозлили слова Пита, что я не смогла сдержаться:

– А что же вы, такие сильные и способные, не смогли дать отпор Хероксу, и как последние трусы, поджав хвосты, сбежали, оставив свою деревню на разграбление этому выродку?! Наши воины хотя бы попытались защитить свой город, а не сбежали, как вы!

Я уже была готова продолжить свою тираду, но меня неожиданно прервал папа:

– Действительно, раньше наша школа была гораздо сильнее и позволяла своим ученикам раскрыть все их таланты и способности. Была выстроена сложная система обучения, все преподаватели проходили строгий отбор, вступительные экзамены в школу были настолько сложными, что поступить учиться в Кародос могли единицы. В итоге такая система привела к тому, что учеников в Кародосе почти не осталось, преподавателей стали массово увольнять, и тогда было принято решение упростить и вступительные экзамены, и само обучение. Многие методики раскрытия магических способностей были утеряны, а упрощение системы привело к тому, что в школу стали принимать учеников, не обладающих магическим талантом. И магистры прекрасно понимают возникшую проблему, но ужесточение правил опять приведёт к тому, что в Кародосе просто не останется учеников.

– Как же раньше набирали учеников в школу? В прежние времена было кому учиться, - спросила я.

– В том-то и проблема, что раньше юных волшебников с сильным даром было достаточно, чтобы обеспечить и учителей школы работой и Тиерию сильными волшебниками. Но последние столетия почему-то почти прекратили рождаться дети с таким явным проявлением магического дара. И с каждым годом ситуация только ухудшается. С чем это связано, никто не знает, но набирать в школу талантливых учеников становится всё сложней.

– А как же я и Херокс? Впервые в истории Тиерии родились волшебники с проявлением полного дара. Хоть мне и неприятно об этом говорить, Херокс действительно хороший волшебник, да и я вроде тоже.

– Неужели?
– с небольшой усмешкой спросил Пит.
– Тебе подвластны все четыре стихии, но ты так и не научилась ими управлять, не смогла слиться с ними в единое целое. Любой из нас, - Пит указал в сторону Рока, Сулы и Тэрлы, - с лёгкостью обойдём тебя в магическом мастерстве.

Мне стало обидно от такого заявления, и я уже хотела возмутиться и продемонстрировать своё магическое мастерство, но вспомнив, с какой лёгкостью новые знакомые разделались с воинами Херокса, прикусила язык. Я видела, с какой скоростью посылали магические атаки наши новые друзья, и понимала, что пока я буду поднимать руку для атаки, эти волшебники уже раз двадцать успеют меня убить. Но как же тяжело было смириться с мыслью, что самая талантливая ученица Кародоса, которая много лет была гордостью школы, на самом деле ни на что не способна.

Все мои мысли читались у меня на лице, и поэтому Тэрла решила показать, на что способна. Видимо, для того, чтобы окончательно меня унизить в глазах остальных. Во всяком случае, так мне тогда казалось. Терла резко встала и без каких-либо лишних движений вся с головы до ног покрылась огненным коконом. Огонь медленно пробегал по всему телу рыжеволосой волшебницы, а она стояла и победно улыбалась, глядя на меня. Огонь не причинял ей никакого вреда, казалось, что девушка просто накинула на себя необычную накидку из рыжеватого пламени. Я хоть и могла управлять огненной стихией, но окутать себя пламенем и стоять в нём, как в обычной одежде не могла, мне было даже представить страшно, что со мной произойдёт, если я проделаю такой эксперимент. Но спутники Тэрлы почему-то не оценили этой демонстрации силы, и Сула, даже не глядя в сторону огненного факела, в который превратилась Тэрла, засыпала волшебницу огня с головы до ног мелким липким морским песком. Это было потрясающее зрелище. Тэрла с растерянным видом стояла в песчаной луже, сплёвывая песок с губ. Все волосы, лицо и одежда были в липкой жиже. Девушка пыталась стереть её с лица и волос. Она так отчаянно боролась с грязью, покрывшей всё её тело, что я не удержалась и тихонько захихикала. Папа был более сдержанным, он смеялся в воротник своего балахона, Сула мило улыбалась, Пит сосредоточенно молчал, а вот Рок совсем не собирался сдерживать своих эмоций, он хохотал так, что на его глаза навернулись слёзы.

– Пит, теперь тебе осталось заморозить это грязевое чучело и можно будет нашу скульптуру смело вести в Варнабисс к Хероксу. Увидев такую красотку, он точно убежит куда глаза глядят, оставив город в покое!
– сквозь смех сказал Рокату.

Тэрла одарила Рока яростным взглядом.

– Смешно тебе, да?
– прошипела волшебница и не дожидаясь ответа, быстро крутанувшись вокруг себя, превратилась в нивера со свалявшейся шерстью, покрытой грязью. Нивер, грозно рыча, медленно пошёл на Рока. Рокату закатил глаза и с притворным негодованием произнёс: