— Да? Это интересно, — сказал Куренной. — Я как-то не думал над этим. Но вы так увлекательно рассказываете, что, пожалуй, я выберу время, чтобы познакомиться с вашей газетой.

— Вы хотите сказать, что возитесь со мной, даже не имея представления о газете, в которой я работаю! — удивилась я.

— Я же говорю, что меня не интересуют газеты, — объяснил Куренной. — Я иду вам навстречу из личных симпатий. Мне просто кажется, что вы не тот человек, который злоупотребляет оказанным ему доверием.

— Благодарю за комплимент, — сказала я. — Но еще большее спасибо за оказанное доверие. Для меня это очень важно.

— Не стоит благодарности, — улыбнулся Куренной. — По крайней мере, вы своего добились. Это у меня еще непочатый край работы. Но, кстати, я тоже должен вас поблагодарить — не уверен, что удалось бы так быстро выйти на исполнителей, если бы не ваши усилия… Вчера, между прочим, заговорил и второй участник — Чекасин. Вообще, их показания плюс дневник Кротова производят тягостное впечатление. Надо же, проморгали настоящее осиное гнездо под самым нашим носом! Но сегодня мы арестовали все руководство «Великого дракона». Я буду стараться сделать все, чтобы они не скоро вышли на свободу!

Я поинтересовалась, какую роль может сыграть на суде расшифрованный дневник Кротова.

— Трудно сказать. — нахмурился Куренной. — Придется провести массу экспертиз. И все равно суд может не принять дневник в качестве доказательства.

— Вы будете тревожить ту компанию, которая участвовала в пикнике на острове? — спросила я. Куренной пожал плечами.

— Это придется сделать, чтобы восстановить хронометраж событий. Но, разумеется, им ничего не грозит. Вы беспокоитесь о той девушке, которая обратилась к вам за помощью?

— Да, на нее сейчас свалилось слишком много.

Она запуталась в своих личных делах. Один парень погиб, другой от нее ушел. Да, кажется, она что-то говорила о больной матери…

— Я же говорю — им ничего не грозит. Ответят на несколько вопросов, и все. Вам и то будет потяжелее, — хитро прищурился он.

— Нам не привыкать, — ответила я.

— У вас, наверное, частенько возникают проблемы из-за вашей деятельности? — предположил Куренной. — Я слышал отзывы коллег — некоторые вас буквально на дух не переносят. Мне кажется, это не правильно. Но, поскольку это факт, как вам удается с этим справляться?

— Стараюсь не замечать ничего, кроме сенсаций, — засмеялась я.

Куренной задал еще несколько вопросов о нашей газете, полюбопытствовал, каким я вижу будущий материал, и за таким приятным разговором мы и не заметили, как добрались до кладбища.

Та часть кладбища, где должны были вскрывать могилу, была оцеплена милицией. На обочине дороги стояло несколько автомобилей. На заднем сиденье милицейской «Волги» я неожиданно заметила морщинистое лицо Хронометра. Он скучал и клевал носом. Вид у Хронометра был такой, словно он двое суток ночевал под мостом.

Куренной поймал мой удивленный взгляд и объяснил, что Хронометра задержали на всякий случай, если вдруг возникнут какие-то проблемы с могилой. Куренной велел мне держаться к нему поближе, и мы зашагали в направлении невысокой ограды, опоясывавшей ровные ряды могил.

Дул легкий ветерок. Здесь за городом синева неба казалась особенно ясной. Ослепительный диск солнца уже начинал скатываться к западу, и тени от предметов заметно удлинились. В той стороне неба, куда склонялось солнце, неподвижно стояло белое облако, зацепившееся краем за горизонт. В траве звенели сверчки.

Мы с Куренным вошли в небольшую калиточку, где нас встретил милицейский сержант с усами и почтительно проводил до места. Здесь уже ждали. Я заметила нескольких человек в форме, парней из группы Куренного, растерянно переминающихся с ноги на ногу понятых и еще двух сердитых работяг с лопатами в руках. Чуть поодаль под охраной стояли Боровский и Чекасин. Оба были в наручниках. Выглядели они неважно, но первый шок уже прошел, и держались они гораздо естественнее, посматривая вокруг с мрачным любопытством. Артур казался более взволнованным — он то и дело нервно крутил головой и облизывал сухие губы.

Зачитали прокурорское постановление о вскрытии могилы. Понятые слушали с напряженным вниманием, в их широко раскрытых глазах прятался неподдельный ужас. Затем Куренной о чем-то коротко переговорил с обвиняемыми и пошел размашистым шагом к живой изгороди из темно-зеленых кустов, сквозь которые просматривалась дорога и стоящие на обочине автомобили. За ним двинулись оба преступника в сопровождении охраны.

Артур принялся объяснять, неловко взмахивая скованными руками, как было дело в ту роковую ночь. Подойдя поближе, я убедилась, что Хронометр не соврал даже в мелочах — на некотором отдалении была видна прорытая в земле канава.