Аннушка даже вскрикнула, когда увидела меня,- Что с тобой произошло, на тебе лица нет.

– Пришлось отдать всю свою силу на то, что бы полностью поменять защиту крепости. Вот уж не думал, что это окажется так затратно. Магию Старика и его заклятия я использовать не стал, так как теперь не доверяю им. Анна, мне нужна твоя помощь. Мне придётся опять вернуть тебя в девичество.

Она лукаво посмотрела на меня,- Я согласна и для этого не надо принимать такой изнеможённый и уставший вид.

– Дорогая, я не претворяюсь, мне действительно нужна твоя сила....

– Ну что, полегчало?
– я прислушался к себе.

– Полегчало, ты действительно источник моей силы. Мне повезло.
– Это ты сейчас говоришь, когда мы всего один день женаты, посмотрим, что ты скажешь лет через двадцать.

Свадебные пиры везде одинаковые, сначала чинные тосты и здравицы, потом веселье и вино рекой, а потом и повод уже забыт, разговоры и обсуждение разбились на кучки по интересам...

– Брис, вспомни, перед самым своим убытием Старик тебе ничего не передавал, ни какой вещи?

– Да вроде нет, всё как обычно,- кувшин вина и проспоренные монеты. Я их, кстати, оставил в башне.

Чисто для очистки совести я перенёсся прямо с пира в башню. Камень я действительно нашёл в кувшине, только в нем было не вино, а кровь, непонятно чья, она то и блокировала его силу. Пришлось попасть на кухню, кровь вылить в сток, а камень как следует прополоскать, только после этого он вновь превратился в источник и я сразу же это почувствовал.

Было ещё нечто, что меня волновало,- я перестал чувствовать общение с медальоном - Барсом, но стоило мне одеть камень на шею, как его присутствие я сразу ощутил.

– Барс, что случилось, ты куда пропадал?

– Я не пропадал, просто Старик заблокировал меня своим камнем, он же мощнее чем я, а сейчас ты меня разблокировал. Полагаю, мне и камню пора воссоединится, ведь когда то мы были одним целым, есть ещё один источник, но он в столице, в распоряжении Крайслера. Ох и противная личность...

– Что нужно сделать, что бы вас соединить?

– Ничего особенного, просто приложи камень к моему изображению, но сразу предупреждаю, может быть очень больно или неприятно.

– Хорошо, но сделаю я это в своих покоях, в отсутствии посторонних глаз.

Вернувшись за стол, я пригласил Анну отправиться отдыхать,- и опять нам в след полетели шуточки и намёки, а также требование утром вывесить простыню в окно.

– Если ты сбираешься удовлетворить любопытство свих людей, и вывесить простыню, то поторопись, я действительно очень устала и хочу спать. Ты вымотал меня.

– Мы можем обойтись и старой, там достаточно твоих и моих следов, что бы убедить всех, в том, что ты пришла ко мне невинной девушкой.

– Алекс и тебе не стыдно будет подсовывать какое-то старьё своим людям?

Вот уж действительно, она достойный потомок Флонтека, а я думал, что такой ненасытный только я...

Камень приятно грел руку, но я не торопился прикладывать его к груди, надо было, что бы Анна крепко заснула, боль я тереть умел и надеялся, что не разбужу её даже если мне будет нестерпимо больно или неприятно. Сначала жжение было небольшим, потом вполне терпимым, а потом боль навалилась так, что меня начало корчить, выгибать и скручивать. Не знаю, кричал я или только стонал, но очнулся я тогда, когда почувствовал, вырвавшись из небытия, что Анна гладит мою голову и прикладывала холодную тряпку ко лбу.

– Сколько я пробыл без сознания?
– Около двух часов, это только то время, когда я проснулась. Ты тихо стонал и метался на кровати, а ещё ты грязно ругался, вспоминал какую-то Андреа и Онику. Ты не мог бы по подробнее объяснить мне, кто это такие?

Я уже успокоился и силы постепенно стали возвращаться ко мне.
– Неужели моей госпоже на пиру никто не поведал легенду о светловолосой девушке с ярко-синими глазами и её смерти? О той мести, что ждала убийцу и что из этого вышло?

– Мне рассказали эту легенду, а причём здесь она и эти два женских имени?

– Андреа - это та девушка со светлыми волосами, которую я видел только один раз в своей жизни, когда мне было десять лет. Оника её сестра, которая случайно уцелела, когда бешеный волк загрыз её мать и старшую сестру. Она отвела меня на место, где это произошло, и я покарал волчье племя, виновное в их смерти, а с самого убийцы живьём снял шкуру и кинул её тому, кто был виновен в их смерти. Он превратился в оборотня, и сторожевые псы растерзали его. Это не легенда это правда. И было это задолго до того, как я встретил некую молодую девушку, которая решила, что женит меня на себе, и, в конце концов, добилась своего.