Пользуясь тем, что ещё было раннее утро, я вел коня в поводу, внимательно прислушиваясь и присматриваясь к окружающей местности. Внезапно мой конь немного занервничал, стал проявлять нетерпение и я сразу же понял, что он почувствовал других коней, а возможно и кобылу. Мы тут же свернули с дороги и достаточно долго пробирались по большой дуге. Вот когда мне пригодились уроки Хорха и я вспомнил с благодарностью его настойчивость, с которой он учил меня ориентироваться в лесу и саване. Когда солнце уже поднялось достаточно высоко, и по моим подсчетам уже было часов восемь утра, я вновь вышел на тропу. Ни каких следов копыт на ней не было, роса на траве не была сбита, да и на придорожных кустах то же блестели капли. Значит я их опередил, или они по утру вышли на тропу, убедились, что моих следов на ней нет, и решили, что уже находятся впереди меня. А значит у меня есть немного времени найти подходящее место и подготовить им достойную встречу. И такое место я вскоре нашел.

На карте Хорха оно было помечено надписью " скрытая топь". В пояснении написано: - Идти строго по центру тропы, ведя коня в поводу. Все остальное - бездонное болото с трясиной.

Вот и хорошо. Пройдя по центру тропы до конца топи, я остановился, расседлал коня и приготовился ждать своих преследователей. Весь расчет строился на том, что самиры не приучены к дисциплине и была высока вероятность того, что увидав меня, каждый из них захочет первым показать свою удаль и скрестить со мной свой клинок. А значит существовала возможность того, что кто нибудь из них соскочит с тропы и попадет в трясину и соответственно мои шансы на победу увеличатся. Хотя честно говоря самиров я не считал сильным противником, а вот та женщина...

Ждать пришлось недолго. Ещё солнце не достигло зенита, как я услышал топот копыт и из недалекого леска вынырнули пять всадников. Женщина ехала впереди. Я в очередной раз подивился её красоте. Как все - таки природа и бог не справедливы. Почему у этой злыдни такое лицо и фигура?

Елы - палы, как же я забыл,- она дочь Неклюда, а значит очень сильная магичка, но с другой стороны я магию не вижу, а значит и внешность и фигура истинные? Или она тоже волшебник и может создавать истинные вещи и образы так же легко как и магические?

А отряд в это время перестроился. Вперед выехали два самира, достигнув начала тропы они спрыгнули с коней, прикрылись щитами и пошли плечом к плечу в мою сторону. Нда, о метательных ножах они, по всей видимости, прекрасно знают, а вот о том что я оберукий (ну почти оберукий) вряд ли догадываются. Я взял клинки в руки и стал их дожидаться, сделав несколько шагов им не встречу. Это для того, что если они меня начнут теснить, не дать им возможность нападать на меня с двух сторон. Вторая пара воинов кочевников следовала на некотором удалении от первой, а женщина стояла на краю тропы и улыбалась.

Не доходя до меня несколько шагов самиры остановились:

– Прими судьбу истинный и тогда ты умрешь быстро и даже не почувствуешь боли. Клянусь своими предками, из твоего черепа я сделаю застольную чашу и буду рассказывать всем, каким ты был храбрецом.

Я промолчал, внимательно наблюдая, как напрягаются их ноги, что бы совершить рывок в мою сторону. Так оно и произошло. Действовали они слажено, и чувствовалась рука опытного наставника. Ногу на землю и свой шаг они делали одновременно, так же одновременно закрываясь щитом. Может быть эти приемы и сработали бы против воина вооруженного одним мечом, но у меня то их было два. И пока один наносил удар сверху, второй нырнул под щит и пробив доспех левого воина вошел ему в живот. Он пошатнулся, не устоял на ногах, сделал шаг в сторону и тут же провалился в трясину по пояс, а ещё через мгновение коричневая жижа поглотила его полностью и вновь только зеленая трава, куда ни кинь взгляд. Женщина что - то пронзительно закричала, но второй самир её уже не слушал. Ярость и гнев затмили его разум:

– Мы пять лет сражались рука об руку и убили больше сотни таких как ты уродов. За смерть своего товарища я намотаю твои кишки себе на кулак и выдерну их из твоего чрева, а сердце разрежу на кусочки и скормлю диким птицам....

Он яростно набросился на меня, не забывая зорко следить за моей второй рукой, но его внимания хватило не на долго,- обманный финт, удар снизу и моя рука легко проникает поверх его щита и наносит легкий укол в лицо. Рана пустяковая, но и клинки у меня особые. Кочевник роняет оружие и щит, шатается и тоже пропадает а пучине коричневой топи. Вся схватка заняла не больше трех четырех минут, а на смену павшим уже подошла вторая пара. Она действовала не так слажено и о своей защите заботилась не так тщательно, так что мне удалось метнуть нож, а за ним ещё один. И если первый был принят на щит, то второй аккурат воткнулся в живот самиру. Рана по всей видимости была не очень глубокая, так как он даже не пошатнулся, а только скривился, и вырвал нож. Кожаный доспех его был пробит, но под ним я заметил как блеснула кольчуга. Предусмотрительный, с такими придется повозиться.

Эти нападали на меня по очереди. Атака одного, атака другого, а может быть это была такая тактика нападения? Мне приходилось постоянно следить за действиями обоих и отражать их атаки не помышляя пока о нападении. Долго так продолжаться не могло и я решил рискнуть. Сделав вид, что проваливаюсь в очередной защите, я на некоторое время открылся и подставился под второго воина, как бы приглашая его атаковать. И он клюнул. Я мельком заметил как радостно сверкнули его глаза из за щита, а его меч уже летел мне в голову. Отмахнувшись от первого самира я резко сократил дистанцию и всем своим телом ударил в щит наискосок второго. Он потерял равновесие и навалился на своего напарника, сковывая его движения и выталкивая его с тропы. Всего лишь смещение на несколько сантиметров за границу дорожки и все. Было такое ощущение, что топь как бы захватывала свою жертву и втягивала её в себя. Пока второй кочевник пытался обрести равновесие и со страхом наблюдал за кончиной своего товарища, я резко полоснул его по руке, удерживающей меч. Он вскрикнул и упал на другую сторону тропы...

Мы остались один на один с предводительницей. Она легко соскочила с коня, в её руках засверкали два клинка и небрежно вращая ими с огромной скоростью, она создала что то наподобие сплошного стального круга, направилась в мою сторону. Я впервые видел такое мастерство во владении двумя клинками. Куда мне неучу до настоящего мастера. А она шла и улыбалась, показывая всем своим видом свое превосходство. Вот тогда - то я и принял решение использовать шип отравы. Вся проблема была в том, что бы дыхнуть его так, что б он не попал в её защиту и не был отбит в сторону, а для этого мне предстояло самому атаковать эту воительницу, или сделать вид, что я атакую.