16 ноября 2068

Директор научно-исследовательского института информационных сред явился на работу чуть ли не за час до начала рабочего дня. Прежде такого не случалось ни разу. Не страдающий трудоголизмом Цапин обожал поспать, и частенько являлся в НИИ только к обеду. Но сегодня день был особый - на утро запланирован перенос трёх уникальных сознаний в готовые биообразцы. Денис Евгеньевич окинул взглядом пустую приёмную и распахнул дверь своего кабинета. Его оптимизм разом разбился о стальной взгляд куратора. Пушков восседал в его кресле, возложив квадратный подбородок на сцепленные в замок пальцы. Цапин поздоровался, но ответного приветствия не получил. Пытаясь подавить волнение и вовсю демонстрируя уверенность, он разместился в гостевом кресле. Распахнув пиджак и закинув ногу на ногу, Цапин скрестил на груди руки и откинул голову. Пыжась в попытках создать образ властного хозяина кабинета, он состроил грозную мину и устремил взгляд на куратора.

Пушков молча следил за этими танцами. Напыщенность директора НИИ лишь смешила. Но тратить время на игру в гляделки куратор не собирался, потому сразу же задал главный вопрос:

– Почему вы отключили установку поиска сознаний?

– Как вы должны знать, - Цапин надменно выпятил нижнюю губу, - установка выполнила свою работу. И я не вправе тратить огромное количество энергии, а значит и денег, впустую. Заметьте, не моих денег!

– Установку вы должны включить немедленно. А о деньгах, тем более чужих, не беспокоиться. Те, кто их вкладывает, сами решат, куда пойдут деньги. Ясно?
– голос Пушкова был глух и погребально спокоен.

– Как вам будет угодно, - Цапин вовсю старался не уронить лицо, - Установка будет запущена на полную мощность сейчас же. Какое количество сознаний вам ещё потребуется?

– Сообщим. Теперь второй вопрос. Чем вы руководствовались, подбирая ин-спейсы для наших объектов?

– Ввиду секретности операции в состав группы не были допущены специалисты по генерации ин-спейсов. Ими занималась Бессмертова. По её докладу, она лично отбирала варианты из возможностей генерации ин-спейсов для людей, родившихся в начале века. Конечно, с учётом реального возраста наших объектов. Выбранные ин-спейсы имеют максимальный коэффициент совместимости с сознанием наших объектов.

– Я не об этом. Техническая сторона работы, думается, всё же сделана с должным тщанием. А вот информационная составляющая...

– Информационная?
– от удивления Цапин утратил контроль над собой, и его голос тут же обнаружил визгливые нотки, - Что вы хотите этим сказать?

– Вы поместили сознание Олега Романова в совершенно недопустимый антураж.

– Он находится в утопическом мире коммунизма две тысячи сто девятнадцатого года. Не могу понять, чем эта фантасмагория хуже сказки про Муми-тролля?
– на лице директора НИИ отразилось почти детское изумление.

– Тем, что оказавшись в реальности, объект постигнет жестокое разочарование от столкновения с нашей действительностью, что может иметь непредвиденные последствия.

– О чём вы говорите? Какое ещё столкновение с действительностью?
– Цапин совершенно искренне рассмеялся, - Не будет никакого столкновения. Как только они будут пересажены в биообразцы, сразу же снимем с них весь спектр биений частот, а потом поминай как звали.

Цапип чиркнул ладонью по горлу и радостно засмеялся. Но заметив, что Пушков не разделил его веселья, решил, что не донёс до куратора своей мысли:

– Они просто-напросто не увидят никакой действительности. Ибо пробудут в нашем мире, точнее в лаборатории НИИ, всего несколько часов.

– Посмотрим, - Пушков поднялся и стремительно покинул кабинет.

***

20 ноября 2068

Майя с трудом открыла глаза. Над ней был совершенно чистый белый потолок. Белый как снег. Разом вспомнилась зима, и прямо повеяло холодом. Девочка непроизвольно поёжилась. И тут же послышались лёгкие шаги. Над ней склонилось встревоженное женское лицо. Майя посмотрела в тёмные глаза и тут же успокоилась. Доброта исходившая от них читалась девочкой безошибочно.

– Как ты себя чувствуешь?
– голос женщины был очень тих.

Майя сделала вдох, закашлялась, а затем сказала:

– Слабо...
– собственный голос был совершенно непривычным, - Где я?

– Не волнуйся! Всё хорошо. Ты в клинке.

– Что со мной было? Почему я не могла выйти из сети? Что с моим голосом?
– совершенно непривычный собственный голос дрожал. Зная себя, Майя поняла, что сейчас начнётся приступ неконтролируемой паники.