Шрифт:
– Ох, прости меня!
– Если я ничего не чувствую там, - тем же тоном сказал Рэндалл, ткнув пальцем куда-то себе в бедро, - это не значит, что я ничего не чувствую... в других местах!
– Я, правда, не хотела...
– Не играй со мной, Диана.
– Я бы никогда...
– Все вы одинаковые, - непонятно бросил Рэндалл, не слушая ее оправдательного лепетания.
С кем он все время меня сравнивает?
– озадачилась Диана. Уж не с Чандрой ли? ух, как он на нее давеча смотрел! Но я-то ничего такого не сделала, чтобы удостоиться сравнения с ней. Ага, ничего!
– тут же возразила она себе. Взгромоздилась парню на колени, голыми ногами перед ним дрыгаю... А парень, если верить Браю, большой любитель по женской части был. М-да... ну я и дурочка.
Представив, что пришлось пережить Рэндаллу, пока она скакала у него на коленках, Диана покраснела до слез и закрыла лицо руками. Ей казалось, что она вот-вот сгорит со стыда.
– Ты реветь собралась, что ли?
– грубовато окликнул ее Рэндалл.
– Еще не хватало...
Заскрипела лежанка, и Диана, сквозь неплотно сдвинутые пальцы и повисшие на ресницах слезы, смутно увидела, как Рэндалл, сжав губы, перебирается в кресло. Она ожидала, что он станет извиняться, утешать ее и успокаивать, но он даже не взглянул в ее сторону. Вместо этого он подкатился к низенькому шкафчику у стены, достал из него стакан и бутылку с янтарной жидкостью. Наполнил стакан примерно на два пальца и, держа в одной руке его, а в другой - бутылку, приблизился к Диане и сказал сухо:
– На, выпей.
– Что это?
– всхлипнула Диана. Ей не удалось сдержать слезы, и несколько соленых капель все же скатились по щекам.
– Пей, пей. От этого не умрешь, точно тебе говорю.
Диана приняла у него стакан, нерешительно посмотрела на плескающуюся в нем жидкость, понюхала. Резкий спиртовой запах ударил в ноздри, она сморщилась и отпрянула.
– Ффу!
– Да не нюхай, а пей!
Она хотела возразить, что ей стало легче уже от одного запаха, но почему-то не решилась. Зажмурилась и одним глотком опустошила стакан. Едкая жидкость обожгла ей горло и горячим комом провалилась в желудок, а по голове словно ударили подушкой. Так уж получилось, что Диана никогда не пила ничего крепче пива, и рэндаллово пойло едва не сбило ее с ног. Впрочем, она пошатнулась, и сильно, и Рэндалл весьма неловко схватил ее поперек туловища, удерживая от падения. Диана открыла глаза и как сквозь туман увидела перед собой его ошарашенное лицо.
– Ты что это, Ди? тебе плохо?
– Нет, мне хорошо, - заплетающимся языком сообщила Диана и хихикнула сквозь слезы. Приятное тепло растекалось по телу, а голову заполнил плотный тяжелый туман. Диана протянула руку и зачем-то погладила низко подстриженные бакенбарды Рэндалла.
– Черт!
– сказал тот и сделал попытку поставить ее на ноги, но ее занесло в другую сторону, и она, не удержав равновесия, плюхнулась задом ему на колени. А для пущей надежности еще и обхватила его за шею.
– Диана...
– задушено пробормотал он, и приникшая к нему Диана услышала, как часто застучало его сердце. Одна рука нерешительно скользнула ей за спину, а вторая зарылась пальцами в волосы на затылке.
– Диана...
– от него пахло табаком, олифой и пылью.
– Диана...
– третий раз повторил он, и его губы оказались вдруг у ее виска, едва-едва касаясь кожи. Опустились ниже, ухватили мочку уха. Скользнули наискосок по щеке и, наконец, ткнулись в уголок Дианиного рта.
Его поцелуй ошеломил и потряс Диану. До сих пор она целовалась только со Стэном, и не знала, что может быть иначе. В поцелуе Рэндалла не было той самовлюбленной мальчишеской наглости, которая у Стэна имелась в избытке. Зато в нем был нешуточный напор, уверенность... и нежность.
– А ты здорово целуешься, - переведя дух, выпалила Диана, не спеша слезать с его коленей.
– Правда?
– очень серьезно спросил он.
– Очень рад слышать, а то, понимаешь, боялся, что утратил уже этот навык. Только ты брату про это не говори, ладно?
– Да уж, - вздохнула Диана.
– Он и так уже столько собак на тебя понавешал... а тут еще это... И за что он только так тебя не любит?
– А за что ему меня любить? Мы никогда не были друзьями.
– Странно... катались же в одной компании.
– Ну и что? это отнюдь не мешало расцветать махровым цветом нашей обоюдной аллергии.
Диана взглянула на него с удивлением.
– Алле... что?
– Аллергия, - улыбнулся Рэндалл.
– То есть непереносимость. На физиологическом уровне.
– Откуда ты только слова такие знаешь? И вообще, я не думала, что ты такой болтун.
– Я и сам не думал...
– Рэндалл...
– тихонько позвала Диана после короткого молчания.
– А можно, я у тебя на ночь останусь?
– Что?
– опешил он.
– Ну, дома же - Брайан. А если он ляпнет что-нибудь в своем духе, я не знаю, что тогда с ним сделаю... Честно говоря, за последние дни он изрядно меня достал.
Рэндалл явно колебался.
– Не знаю, будет ли тебе удобно... У меня тут, сама видишь...
– Ничего, я не привередливая, - улыбнулась Диана.
Когда действие алкоголя прошло, и голова прояснилась, Диана занялась самокопанием. Собственное поведение было совершенно ей непонятно. Вот, например, что вело ею, когда она целовалась с Рэндаллом? И получала, между прочим, от этого изрядное удовольствие. А ведь она никогда не думала о нем в том ключе, в каком, думала, например, о Стэне. Вот, кстати, о Стэне. Разве можно целоваться с двумя парнями попеременно? Чем-то нехорошим это попахивает.