– За что ты злишься на Рэнда? – спросила она, когда Чандра закончила ее осматривать и мыла руки. На ответ она не особо надеялась, но Чандра, не поворачивая головы и сосредоточив все внимание на тоненькой струйке тепловатой воды, фыркнула:

– За то, что он болван.

– Не понимаю… - недоуменно протянула Диана.

– Чего тут понимать. Болван и есть. Намутил, накрутил… а расхлебывают другие. Между прочим, в смерти твоего брата виноват по большей части Рэнд, голову на отсечение даю.

– Что ты такое говоришь?

Чандра нарочито тщательно закрыла кран и повернулась, промокая руки видавшим виды полотенцем. Ее глаза горели недобрым изумрудным пламенем.

– Брай ведь терпеть его не мог. А Рэнд сделал все, чтобы его знакомые думали, будто мы с ним вместе. И Брай взревновал меня к нему, понимаешь? Взревновал так, что попытался его убить – и сшиб его с байка; а когда не получилось убить Рэнда, попробовал прикончить меня – чтоб, мол, не досталась никому. Но и со мной ничего у него не получилось, и тогда… - Чандра многозначительно помолчала, без капли сочувствия глядя в наполнившиеся слезами глаза Дианы. – Не пойму только, зачем Рэнду понадобилось это представление. То есть, сначала я подумала было, что он это все всерьез, но после…

– Что после?

– Он заявил, что нам с ним не по пути, - недобро усмехнулась Чандра. – Заявил так и сбежал сюда, к тебе… Только ты, девочка, нос не раскатывай – с тобой ему тоже не по пути. Сбежит и от тебя, вот увидишь… причем в ту минуту, когда ты менее всего будешь этого ждать.

– Ты так говоришь, потому что он тебя бросил… - не очень уверенно проговорила Диана.

– Думаешь, ревную? – Чандра пренебрежительно махнула рукой. – Вот еше. Баба с возу, кобыле, знаешь ли, легче. Меньше проблем и нервотрепки.

– Я тебе не верю…

– Это уж как тебе угодно. Забирай его, владей, пользуйся – если сможешь – я слова не скажу.

Из всего сказанного Диана уяснила, что, во-первых, на самом-то деле Чандра к Рэндаллу очень не равнодушна; а, во-вторых, возможно, что и Рэндалл к ней тоже не равнодушен…

Роды начались, как это часто бывает, совершенно неожиданно. Диана проснулась душной ночью от ноющей боли внизу живота и в пояснице и некоторое время лежала, прислушиваясь к ощущениям. Сонные мысли текли лениво и неохотно. Боль то накатывала, то отступала, и, вроде бы, усиливалась; пока Диана наконец не сообразила, что вон оно, началось! Сон с нее тут же слетел, уступив место панике. Чандра далеко, ничего не знает… да и вообще, ночь на дворе! Что делать, ждать утра, когда придет Дани, чтобы послать его за Чандрой? Или ехать к ней самой? А если не доедет? А если утром уже будет поздно?..

Охая то ли от боли, то ли от страха, Диана сползла с постели и побрела по комнатам в надежде на чудо: а вдруг Дани решил сегодня сделать перерыв в загулах и остался дома?

Но Дани она, конечно, не нашла; нашла только Рэндалла, спящего в одной из комнат. Будить его она побаивалась, но больше за помощью обратиться было не к кому. Диана робко потрясла его за плечо, и он тут же приподнялся на локте, сонно моргая:

– Что случилось?

– Началось… кажется… - только и смогла пролепетать Диана.

– Началось? Что? А… понял, - Рэндалл, потирая лицо, сел на кровати и озабоченно уставился на девушку. – Что делать-то надо? Дани дома?

– Дани нет. Надо, чтоб Чандра…

– Привезти ее сюда? – он быстро просыпался. – Или лучше тебя к ней отвезти?

– Не знаю… ох! – Диана схватилась за поясницу, настигнутая новым, уже весьма чувствительным приступом боли. – Наверное, лучше ее привезти. Не знаю, смогу ли я…

– Понятно. Садись, - поднявшись, он потянул Диану за руку к освободившейся кровати. – Или ложись, как тебе удобнее. А я поеду… только, знаешь, мне придется взять байк Брая.

– Конечно, бери… - машину брата нашли в пустоши и пригнали его приятели спустя несколько дней после его гибели. – Только постарайся побыстрее. Мне страшно…

– Не бойся, мы вмиг, - совершенно неожиданно для Дианы, Рэндалл ласково провел ладонью по ее волосам и быстро вышел из комнаты, даже не накинув рубашку (спал он, как и у себя в мастерской, всегда в джинсах). Срученная новым приступим боли, Диана медленно опустилась на постель. Ей предстояло пережить множество страшных часов; к страху перед предстоящим испытаниям прибавилась тревога за Рэндалла: сумеет ли он справиться с байком, достаточно ли он окреп для ночной поездки?

Но это вскоре перестало ее занимать. Счет времени Диана быстро потеряла, и о Рэндалле позабыла, сосредоточившись на боли, которая накатывала волнами, с каждым разом усиливаясь. Она закрыла глаза – так было легче – и считала про себя: вот сейчас отпустит… а сейчас начнется снова… Казалось, это длится вечно и никогда не окончится. Диане уже не было страшно; хотелось только, чтобы боль, наконец, ушла.

Склонившееся над ней лицо Чандры она видела мутно, сквозь пелену боли, и даже не смогла обрадоваться подоспевшей помощи. На это уже не оставалось сил…