Шрифт:
Здесь я зарабатывал на жизнь, а жил в ином месте – потому и не утерял способности танцевать, принимать изящные позы, читать хорошие книги, бережно относиться к противоположному полу…
А Любаша…
Она конечно, чисто биологически вынуждала разглядывать себя, сияя голым телом из-под халата.
Но все-таки от мысли, что с нею теоретически можно спать, как с любой другой представительницей противоположного пола, к горлу у меня подступала тошнота.
6
– Мама, я стОляра люблю!
Мама, за стОляра пойду!!!
– орал Арсен, дробя блатными аккордами и без того разбитые клавиши.
Я стоял у окна и смотрел вниз на тополь, не обращая внимания. Люда слегка опаздывала против обыкновения, Рая тоже опаздывала – по обыкновению и даже не слегка. Галя молчала рядом со мной, тоже глядя куда-то за окно.
Арсен прокричал одно и то же раз пятнадцать, поскольку сумел придумать лишь две строчки и, оглохнув от самого себя, удалился курить.
– Спой про вальс-бостон ! – попросил я.
– А тебе не надоело? – Галины плечи вспыхнули легким румянцем. – Каждый раз одно и то же? Может, что-нибудь новое? Я ведь много разных песен знаю, только здесь вот долго не собралась для тебя спеть…
При неожиданно вырвавшихся словах «для тебя» она покраснела уже по-настоящему.
– Не надо других. «Вальс-бостон» и только он. Без него никак.
Галя ответила взглядом, полным странной, удивившей и испугавшей меня благодарности.
– …Опьянев от наслаждений, о годах забыв,
Старый дом, давно влюбленный в свою юность,
Всеми стенами качался, окна растворив,
И всем нам, кто там был, он это чудо дарил…
Тонкий голос взвивался, дрожа с нескрываемой страстью.
Неужели в самом деле оказалась права болтушка Рая? – с непонятным чувством думал я. – Неужели в меня еще можно влюбиться?
Спасая меня от ненужных мыслей, в зале появилась Люда. Викстан куда-то запропастился, и мы принялись спешно разминаться, пока он не выгнал на сцену – я опять держал на подоконнике Людину ногу, и с каждым наклоном ее тело источало волну французского аромата.
– …Шанель номер пять, – подкравшийся сзади Арсен шумно повел носом. – Даже пять с половиной.
– «Кристиан Диор», – зачем-то поправил я. – Мал ты еще в женских тонкостях разбираться.
Арсен похабно гоготнул.
Я отпустил теплое Людино колено, не спеша поднял руку и молниеносным движением щелкнул его по носу. Как научил меня все тот же Вовка Старицын, набравшись опыта у какого-то бывшего зэка: как всякий порядочный интеллигент, он питал нездоровую страсть к подобным знакомствам. При внешней безобидности удар был очень жестким; при желании можно было даже пустить кровь. Я хлестнул вполсилы, но Арсен согнулся – и, держась за нос, с воем отскочил.
– Это тебе для лучшей идентификации запахов, щенок, – пояснил я вслед.
Люда усмехнулась.
– Так я угадал ? Диор ?
– Он самый, – она кивнула, по-кошачьи вспрыгнула на подоконник. – У тебя, я вижу, богатый опыт по этой части.
И захихикала, болтая ногами. Я хмыкнул, с трудом удерживая взгляд, которому хотелось гладить и гладить бедра, оголившиеся из-под юбки.
Наконец примчался Викстан, сграбастал неизменного Андрея и уволок за собой в костюмерную: видимо, сообразил, что эта репетиция – последняя перед первым из череды запланированных концертов, и стоит позаботиться о сценической одежде.
Вдвоем они притащили ворох разноцветных платьев и сугроб шуршащих нижних юбок для партнерш. Для нас были найдены три одинаковых отвратительных комбинезона из блестящей ткани серого цвета с желтыми пятнами на коленках: кто-то из предшественников чересчур усердно отрабатывал мазурочную обводку на свеженатертом полу.
– Все наверх ! – скомандовал Викстан. – Надо примерить – обменять, если что не подойдет, пока костюмерная не закрылась.
Первыми стали примерять костюмы девушки.
Спрятались все трое за занавеской – там, толкаясь и хихикая, стянули свои купальники, а потом одна за другой выплыли в красивых платьях для вальса – белых с блестящими разводами на груди.
– Так, – Викстан хмыкнул, склонив голову. – Вроде бы неплохо.
Галя выглядела невестой, собравшейся на первую встречу с женихом. Люду рассмотреть я не успел, потому что Рая, загораживая всех, закружилась по классу, едва не падая в разлетевшихся юбках и сверкая голыми ногами – которые я тысячу раз видел и так и сяк, но которые вдруг показались очень женственными, мелькнув из-под классического платья.
– Это-то что?! – взревел наш руководитель. – Что это – я тебя спрашиваю, Рая?!!