— А как же уйти оттуда?

— А вот как выпьем – сразу и уйдем. Куда хочешь? Может, в Локенхейн съездим?

— Не далековато ли? Да и что нам там делать?

— Погуляем, жизнь столичную посмотрим. Бардов послушаем. А то до нашей глуши они не добираются никогда. Да и девочки там… — мой напарник прикрыл глаза и облизнулся.

— Мне-то что с этих твоих девочек? — сумрачно спросила я.

— У тебя свои развлечения, у меня — свои. Хочешь сказать, столица не сумеет тебе угодить?

— Не знаю. Не до того сейчас что-то.

— Не унывай, ну. Оно того не стоит. Обратно дорога легче будет.

Святоша встал со своей шкуры и подошел ко мне. Сел рядом и потрепал по макушке, потом пригляделся к моим обезображенным рукам, грустно покачал головой.

— Болит?

— Сейчас нет. Ганглери успокоил.

— Надеюсь, он это заживит. Впрочем, если и нет — смотрится не так уж плохо. Будет украшением, как совсем зарубцуется.

— Очередная особая примета для Хаэйльской Инквизиции, если она когда-нибудь на нас выйдет.

— И не надейся. На что им мелкая рыбешка? Им подавай карпов пожирнее. Вон, Гведалина, например.

— К слову о Полумрази... — мне неожиданно пришел на ум разговор с контрабандистом, случившийся еще до нашего похода. — Выходит, это с Адемикой он такое короткое знакомство свел. А я только сейчас подумала, надо же! Ведь это маги ему подкинули заказ на Басха. Как ты думаешь, зачем им работать с Гведалином? Разве он чем-то, кроме цветной водицы, торгует?

— Если и торгует, я об этом ничего не знаю, — сказал Святоша. — Во всяком случае, через Семихолмовье он провозит только ее. Интересно... зачем это им цветные сны вдруг понадобились? Расслабиться, что ли, захотели?

Я застонала. Мне захотелось уронить голову на руки, но делать я этого не стала из-за боязни лишний раз шевелить ладонями. Их покрывал такой жуткий багрянец, что мне казалось — никакого узора не было видно. Святоша, однако, продолжал их рассматривать очень пристально — может, даже слишком.

— Знаешь, что мне этот рисунок напоминает? — спросил он. — Вот ни за что не догадаешься.

— И не собираюсь, — проворчала я. — Неинтересно.

— А мне кажется, очень даже, — сказал Святоша. — Резьба на твоем луке. Очень похоже. Хочешь, принесу — сравнишь?

— От этого еще жутче делается! — возмутилась я, и меня неожиданно затошнило. — Слушай, может, все-таки уберемся отсюда поскорее? У меня уже кругом голова от всего этого!

— Знаешь, хотя бы не продрыхла почти двое суток без просыпу! — возразил Святоша зло. — Тебе хоть поучаствовать довелось во всем, что тут случилось, а я только выспрашиваю всех и пытаюсь нить поймать снова. Вот хоть убей, не соображу, в каком месте тут все дорожки сходятся. Чую, что вот-вот разрешится, а чем — угадать не могу!

— Я тоже не могу.

— Да будто ты стараешься? Вот что: не знаю, как так случилось, но мы теперь в это тоже замешаны, и деваться нам некуда. Придется досмотреть до конца эту мистерию... тем более, Йуле на носу. А какой Йуле без хорошей мистерии?

Я вздохнула:

— Принеси похлебки лучше.

— Сейчас.

Пока я поедала остывшую пищу, пялясь в очаг остекленевшими глазами и временами морщась от боли в ладонях, вернулся Ганглери. Выражение его лица не внушило мне большой надежды: казалось, он был обеспокоен теперь еще сильней, чем до ухода. На его груди поблескивал тусклой зеленью какой-то амулет, которого раньше я на нем не замечала. Или его не было вовсе?

— А, дедушка, — добродушно встретил его Святоша, развалившийся подле очага на своем прежнем месте. — Как прогулка?

— Могло быть и хуже, — откликнулся Ганглери тем же тоном, черты его слегка расслабились. — Погода, я вам доложу, чудесна, но ненадолго — к вечеру небо затянет, ждем пурги.

— Никак, нагадали? — осведомился Святоша с невинным видом.

Голубые глаза мага сощурились и метнули в моего напарника пару молний.

— Не к добру такая сметливость в ваши годы, юноша.

— Ну, не знаю, — сказал мой напарник, улыбнувшись. – Пока не мешала ни разу.

Ганглери погрозил ему пальцем – я так и не поняла, была то шутка или нет – и обернулся ко мне.

— Нам с тобой придется продолжить наши уроки, девочка. У нас очень мало времени, а я должен успеть рассказать тебе кучу всяких вещей. Знаю, что ты не вполне пришла в себя, но…

Старый маг обвел свое жилище взглядом, в котором прочиталась неожиданно странная тоска.

— …но ветра несут бурю на своих крыльях, и она уже совсем близко. У нас мало времени. Обещаю, я поберегу твои раны.