– Я совершала выгодное дело, мама, - вставляю я, наконец. Мне хочется перечить ей, хочется огрызнуться, потому что она ужасно несправедлива ко мне. – Относила конспекты

Беллинде Фарсфорт. Насколько я помню, ее родители – одни из благотворителей твоего

вечера.

Мать поднимается на несколько ступенек и встает вровень со мной. Ее кристальные

глаза смотрят на меня так пристально, что мне становится неловко и больно одновременно.

По спине пробегает холодок, как перед каким-то важным или пугающим событием. Она не

моргает. Мне страшно. И когда я предполагаю, что она сейчас ударит меня, это и происходит.

Ее рука резко проходится по моей щеке, и этот звук оглушает меня. Будто никаких звуков

больше нет в этой вселенной.

– Я сказала, чтобы ты была на вечере, - тянет мать, совершенно спокойно разглядывая

мое покрасневшее лицо, - Тебя там не было. Теперь ты наказана на неделю. Никаких

развлечений, никаких встреч с друзьями, ничего.

Я молчу, прикрыв рукой горящую щеку.

– Ты поняла меня, Ремелин? – ее голос становится тише, но я понимаю, что это только

ухудшает ситуацию. Она в бешенстве.

В этот момент, в момент, когда она смотрит на меня, как на врага номер один, я

ненавижу ее. Ненавижу собственную мать. Но перечить ей, значит, делать хуже себе.

Поэтому я покорно отвечаю:

– Да, мама.

Она улыбается. Тепло, если можно так это назвать. Проводит ладонью по моей

макушке, а затем оставляет на ней поцелуй.

– Ну вот и хорошо. Надеюсь, в следующий раз ты поступишь правильно. А теперь

отправляйся спать.

Больше не смотрю на нее. Иду наверх, почти бегу, прижимая к груди тетрадки с

записями. А щеки обжигают горячие слезы.

(Д)

Люди привыкли думать, что, если их дом заперт на двойной оборот ключа, значит, они в

безопасности. Однако это не так. Способов проникнуть в помещение бесчисленное

множество. К тому же, всегда есть вероятность, что взломщик настолько опытен, что сможет

открыть даже самый мудреный замок на вашей двери.

Особняк Уитморов именно тот дом, в котором защелки на дверях слабенькие и слишком

простые. Канцлер Уитмор – моя новая цель. Его заказали анонимы, но все мы прекрасно

94

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

знаем, кто и за что, как говорится. Сегодня мне не нужен пистолет или нож. Сегодня я

использую то, чем наградила меня сама природа.

Ночь стоит тихая. Ни шорохов, ни звуков машин, ни людей на улицах. Наверняка все

они в особняке Стоук, празднуют очередные сборы денег на «благо» общества. Стоук – мои

соседи, однако я ни разу не видел их в лицо. Ну, только лишь старшего сына, стража порядка

Акрополя, и то мельком.

Подхожу к дому и замираю на лужайке. Здесь сторожевые дроны – новое изобретение

правительства. Только у самых высокопоставленных членов нашей общины имеются такие.

Это небольшие конструкции, напоминающие роботов из старых фантастических фильмов: квадратные, с кучей мигающих лампочек на фронтальной стороне и вооруженные

маленькими автоматами по бокам. Если что, они тут же откроют огонь. Интересное

приспособление для охраны дома, но оно им не поможет.

Поднимаю руки и сосредотачиваюсь на одном действии – нужно сломать их. Я еще не

научился контролировать это, способность проявилась совсем недавно, когда мне

исполнилось девятнадцать. Помню, что спал и проснулся от того, что парю в воздухе, прямо

над своей кроватью. Сначала подумал, что схожу с ума. Однако потом выяснилось, что я

такой не один. Сходил в местный архив, прочитал пару исторических книг и понял –

существовали и другие люди со сверхспособностями, но давно, более пятидесяти лет назад.

Последний случай был зарегистрирован именно тогда. А до этого еще почти век назад. Их

называли Инсолитусами.

Дроны реагируют. Взводят свои курки.

– Нарушитель, - слышу электронно-обработанный голос машины и сжимаю руку в

кулак. Железо корежится, и дрон падает на землю. Второй следует за ним.

– Да, да, я нарушитель, - бормочу я, вытирая кровь, стекающую по губам. Все же для

тренировки способности нужны определенные силы. – И я выпотрошу вашего хозяина, как