Алекс встретил его на выходе.

— Я уж думал, прибьет он вас…

— Не смог. Пойдемте герр Сенвар. Заберем Ирэн из узилища, вы не против, если я устрою ее в вашем доме?

Алекс призадумался ненадолго.

— Хорошо. Вы же скоро уезжаете?

— Да, барон, я не буду ждать, пока тронется караван. Мы отправимся с Ирэн через пару дней, как только я разберусь, что же за проклятье на ней висит.

— Хорошо, можете рассчитывать на мою поддержку.

Начальник гарнизона и иноки поначалу не хотели выпускать девушку, но после долгих споров, и изучения бумаг Лоренца сдались. За оберлейтенантом Ирэн последовала без всякого сопротивления. Было заметно, что разум постепенно возвращается к ней.

В своем доме Алекс выделил ей еще одну комнату, приставил наблюдать за ней своего слугу, а сам отправился «улаживать дела». В кое-то веки он мог обсудить некоторые вопросы с артельщиками, которые вылезли из своих лесов, чтобы полюбоваться на казнь. Да и поговорить со своими друзьями дворянами из «Собрания».

Лоренц первым делом принялся за написание отчета. Он понимал, что завтра-послезавтра следы магии начнут исчезать и их с Алексом показания будут единственной защитой Ирэн, буде епископ захочет обвинить ее снова. Попытки разобраться с проклятьем, что наложил на девушку кинжал, оберлейтенант решил оставить на следующий день.

Барон Сенвар явился поздно, после ужина. Он был мрачен.

— Лоренц. Вы должны убраться отсюда этой ночью. До рассвета. Епископ остался в городе, собирается ловить кровососа. А его служки просидели весь вечер в трактире, беседуя с горожанами. Они говорят от том, что вы замутили разум Инге, чтобы спасти свою подельницу, что вы опозорили святого человека…

— Но это же чушь!

— Чушь, да. Но поверьте, для них Инге, вышедший живым из единоборства с князем демонов, пламенным Форкалором, в битве под Иссином авторитет. А вот вы… Сегодня быдло будет пить и обсуждать. А вот завтра они придут к моему дому с вилами и факелами. Вы же понимаете, что я не смогу вас защитить…

Лоренц поджал губы. Затем встал и поклонился.

— Я прошу прощенья за доставленные неудобства. Мне нужен час на сборы, и мы вас покинем.

Алекс всплеснул руками.

— Стойте! Вы понятия не имеете про дорогу в горах! Подождите утра. Я пока распоряжусь собрать вам еды, фуража для лошадей. Не пешком же вы пойдете!

— Но у меня нет лошади…

— Я отдам вам пару из своей конюшни. Клячи, но выносливые. То, что нужно для перевалов. И держите. — Он дал Лоренцу кошель с десятком золотых.

— Это слишком много… — Начал было протестовать Лоренц.

— Достаточно за то, что вы сделали. Теперь у меня есть чем отомстить Инге.

— Простите, я не понимаю.

Алекс кивнул на стопку листов, исписанных убористым подчерком оберлейтенанта.

— Я найду способ, что бы об этой истории узнал тот, кто надо. Из инквизиции Инге не вылетит, но с креслом епископа попрощается. Через пять лет… Но лучше поздно, чем никогда.

— Зачем вам это?

— У меня есть друзья в Ангельте, они рассказали мне. Отец Томас не решался сначала калечить моего сына и направил голубем письмо епископу. И тогда тот написал ему в ответ: «Нет маны? Пытайте, пока не признается!» Поэтому примите мою благодарность.

Лоренц принял кошель. Положил его себе в карман. Протестовать не имело смысла. Деньги были ему нужны. А помощь с лошадьми и едой была просто неоценима.

— Я кое-что понял, герр Сенвар. Вы ведь договорились тогда, пять лет назад с Фенриром и его сукой, да? — спросил, подавшись вперед, Лоренц, — что бы они напали на отца Томаса.

— Ничего подобного. С чего вы взяли? — Алекс прищурил глаза. Лицо его дернулось. Врать старый барон за свою жизнь так и не научился.

— Мелкие оговорки. Ваше знание стаи. То как вы относитесь к чучелу. И то, что вы мстительны и как сами сказали «сами решаете свои проблемы». Что он попросил взамен интересно?

— Я просто рассказал ему, что случилось, и тот сам предложил помощь. И что теперь вы намерены делать с этой правдой? — скрывать что-то от мага школы контроля разума Алекс не видел смысла. Лоренц знал правильные вопросы. Получить ответы от Алекса он мог, даже если бы барон молчал. В комнате пахло грозой, на кончиках пальцев у престарелого начальника уезда искрилась молния Кетте-Блица.

— Ничего. У меня нет доказательств. И как подсказывает мне мое безумие, не всякая Истина должна быть раскрыта…

/ Браво! Дошло наконец-то! /.

Встряхнув рукой, Алекс рассеял чары.

— Тогда я займусь сборами, а вы идите спать. Дорога будет тяжелой, это я вам обещаю.

— Хорошо. Простите мне мое любопытство… Но я, правда, должен был знать.

— Может вам ваше безумие это и не подсказало, но любопытство, ничуть не менее опасный порок, чем любовь к справедливости, — буркнул барон.

/ Простите фрайгерр, не успел! Обещаю, мы с Лором еще не раз побеседуем на эту тему! Алекс мог тебя убить сейчас, и свалить на твою одержимость кинжалом Эанатума. Ох… /.