— Что не так? — спросила я.

Он посмотрел на меня и улыбнулся милой улыбкой, той, что напомнила о мужчине, который вышел из душа с выбритым лицом, гладя на меня так неуверенно. Он убрал прядь волос с моего лица и спросил:

«Ты хочешь детей, Бри?»

Я нахмурила брови, слегка качнула головой и усмехнулась.

— Когда-нибудь... Почему ты спрашиваешь?

«Просто интересно. Я был уверен, что ты хочешь».

Я растерялась.

— Ты не хочешь детей, Арчер? Я не …

Он покачал головой.

«Не в этом дело. Просто… Как я смогу содержать семью? Я не смогу. Я едва ли смогу прокормить себя. У меня осталось немного денег от страховки родителей, почти все ушло на оплату моих медицинских счетов. Мой дядя содержал нас за счет его пенсии по инвалидности после армии, а теперь у меня небольшой доход от его страховки. Я буду получать его до ста десяти лет, если доживу… Но это все».

Он отвел взгляд и посмотрел в окно.

Я вздохнула, мои плечи опали.

— Арчер, ты найдешь работу, будешь делать что-то, что тебе нравится. Ты думаешь, люди с ограниченными возможностями не могут строить карьеру? Могут…

«Хочешь узнать, как я первый раз покинул территорию дома один?» — спросил он, перебив меня.

Я внимательно посмотрела в его глаза и кивнула головой. Меня вдруг охватила какая-то непонятная тоска.

«Мой дядя умер четыре года назад. Он заранее договорился о своих похоронах, и его кремировали. Бригада медэкспертов приехала, чтобы забрать его тело, а через неделю они привезли его прах. Следующие шесть месяцев я не видел ни одной живой души. У моего дяди был продуктовый склад в подвале — еще одна особенность его паранойи. И это позволило мне долго жить, не выходя за ворота. Я стал отращивать волосы, бороду… В то время я не знал зачем, но теперь я думаю, что это был еще один способ спрятаться от людей, с которыми, я знал, мне в конце концов придется столкнуться. Безумие, да?»

Его глаза снова вперились в мои.

Я замотала головой.

— Нет, совсем не безумие, — мягко сказала я.

Он помолчал, глядя на меня, и продолжил. Я слушала его затаив дыхание. Это был первый раз, когда он по-настоящему открылся мне сам, без давления с моей стороны.

«Когда продукты закончились, мне пришлось пойти в продуктовый магазин. У меня заняло два часа, чтобы выйти за территорию своей подъездной дорожки, Бри, — сказал он отрывисто. — Два часа».

— О, Арчер, — выдохнула я, слезы подступали к глазам. Я обхватила его руками за бедра и прижалась к нему. — Ты это сделал. Было тяжело, но ведь ты сделал это.

Он кивнул:

«Да.Сделал. Люди смотрели на меня, шептались. Я взял хлеб и арахисовое масло. Я прожил на них неделю, пока не набрался смелости снова отправиться в город. — Он выдохнул, его лицо исказилось болью. — Я не покидал эту территорию с семи лет, Бри».

Он смотрел мимо меня некоторое время, очевидно погрузившись в воспоминания.

«Через какое-то время стало легче. Я не обращал внимания на людей, а они не обращали внимания на меня. Я просто стал невидимкой. Если кто-то говорил со мной, я смотрел в другую сторону. Это было нормально. Я начал заниматься благоустройством дома и участка и старался делать так, чтобы у меня не оставалось свободного времени. Я была одинок, чертовски одинок. — Он провел рукой по волосам, на его лицо появилось выражение пытки. — Но я так себя изматывал, что у меня не было сил думать об этом…»

Я почувствовала, как из моих глаз полились слезы. Теперь я еще лучше понимала ту храбрость, которой обладал Арчер, чтобы сделать шаг за пределы дома.

— Затем ты проводил время с Трэвисом… и приходил ко мне в закусочную, — сказала я. — Ты сделал это, Арчер. Это было невероятно смело.

Он вздохнул.

«Да, я это сделал. Но к тому времени прошло четыре года. Мне понадобилось четыре года, чтобы сделать следующий шаг. И мне не понравилось».

— Тебе не понравилась с Трэвисом, потому что Трэвис не тот человек. Он ненадежный, но со мной тебе же понравилось? Да?

Он посмотрел на меня, его глаза наполнились нежностью, когда он положил свою руку мне на щеку и затем убрал ее.

«Да, все хорошо, когда я с тобой».

Я прильнула к нему.

— Я не покину тебя, Арчер, — прошептала я, моргая, чтобы остановить слезы, и посмотрела на него.

Его глаза наполнились еще большей теплотой, когда он смотрел на меня.

«Это большое бремя для человека, Бри. Чувствовать, что если ты покинешь человека, то вся его жизнь полетит под откос. Вот о чем я думал здесь. Какой ношей я могу оказаться для тебя. О том давлении, под которым ты будешь находиться просто оттого, что любишь меня».