– Ну да. Так не бывает, даже если учесть, что гроб оставался герметичным. И эта мумии... до сих пор про­должает разлагаться!

О'Коннелл тем временем исследовал крышку гроба.

– А вы взгляните-ка сюда, – попросил он и ука­зал на следы крови и многочисленные глубокие царапины, бороздившие дерево изнутри. – Это он проскреб своими ногтями.

– Боже мой! – в ужасе выдохнула Эвелин. – Зна­чит, его... похоронили живьем!

– Он был чересчур порочным человеком, – тихо добавил Джонатан.

– Похоже, он успел оставить нам послание. – С этими словами Ричард указал на какие-то неровные иератические знаки, написанные кровью.

– Смерть – это только начало, – перевела де­вушка.

Джонатана передернуло, а О'Коннелл и Эвелин на­стороженно переглянулись.

– Вы еще долго собираетесь торчать здесь? – по­интересовался Рик. – Я подумал, не стоит ли мне схо­дить за своим рюкзаком?

Еще одна ночь опустилась над Городом Мертвых, и звезды на небе засверкали, как аметисты. Но теперь «деревенька» Карнахэн слились с американским «го­родом», и обе соперничающих команды уютно разместились вокруг большого ревущего костра. Шаткое перемирие сопровождалось напряженным молчани­ем, а револьверы и винтовки лежали на всякий слу­чаи неподалеку. Вдруг гостеприимные медджаи еще рай надумают «заглянуть на огонек»?

Наслаждаясь чудесным прохладным вечером, Эве­лин направилась к костру. Сложив ладони ковшиком, она несла в них холщовый мешочек. Глаза девушки сияли, как у ребенка, собравшегося поиграть в стек­лянные шарики. Выбравшись из своей крошечной палатки, она прошла мимо огромною шатра, служив­шего доктору Чемберлену штаб-квартирой.

Египтолог, в своем тропическом шлеме, который он не снял даже сейчас, когда солнце сменилось лу­ной, стоял у стола. На нем были разложены артефак­ты, собранные его экспедицией. Перед доктором, по­блескивая драгоценными камнями, красовался одни из погребальных сосудов. Осколки другого лежали рядом. С полдюжины феллахов сидели на песке у шат­ра, словно ученики, ожидавшие услышать святое от­кровение от своего наставника.

– Здравствуйте, доктор, – поприветствовала его Эвелин, замедлив шаг, но Чемберлен не ответил ей.

Это вовсе не было грубостью со стороны профес­сора: он был целиком поглощен исследованием цен­нейшего артефакта – книги. Массивный, отделан­ный обсидианом манускрипт с медными петлями и застежками был снабжен еще и хитроумным запором. Из-за него доктору никак не удавалось раскрыть книгу.

Лукаво улыбнувшись себе под нос, Эвелин зашага­ла к костру. Она устроилась между своим братом Джо­натаном и О'Коннеллом, рядом с которым сидел его товарищ по Иностранному Легиону Бени. Оба бывших солдата жарили на палочках какие-то постные и кос­тлявые куски мяса. Запах от жаркого исходил доволь­но странный, если не сказать своеобразный.

Джонатан потянул ноздрями воздух:

– Позволю себе поинтересоваться, что за отврати­тельную снедь вы готовите?

– Крысу, – недружелюбно буркнул Бени. – Луч­шее мясо, которое может предложить эта проклятая пустыня.

– Могу поделиться, – тоном радушного хлебосола предложил Рик. – На вкус оно не хуже, чем на запах.

– Нет уж, спасибо, – Джонатана всего передерну­ло, – А я уж было подумал, учуяв запах, что это наш друг Хасан восстал из мертвых.

По другую сторону пылающего костра размести­лись американские авантюристы: Хендерсон, Бернс и Дэниэлс. Они о чем-то тихо разговаривали между собой, улыбались и вообще пребывали в превосходном расположении духа. Как и Чемберлен, каждый из них оказался обладателем богато украшенного драгоцен­ными камнями сосуда. Американцы крутили их в ру­ках, разглядывали и даже поглаживали, словно лю­бимую кошку.

Хендерсон поднял свой сосуд и, хвастливо повора­чивая его в ладони, продемонстрировал находку Эве­лин и ее друзьям.

– Мисс Карнахэн, вы, говорят, большой специа­лист. Как выдумаете, сколько можно будет отхватить за такую красоту, если толкнуть ее коллекционерам?

– Мои знания касаются лишь научной стороны вопроса, – холодно и с достоинством ответила Эве­лин. – Боюсь, коммерция – это больше по вашей ча­сти, мистер Хендерсон.

– Бени говорил, что вы, ребятки, нашли сегодня мумию, – подключился к разговору Бернс, блестя стеклами очков, в которых играло пламя. – Прими­те мои поздравления.

О'Коннелл бросил в сторону венгра раздраженный взгляд. Но тот и ухом не повел, видно, не считая выда­чу конфиденциальной информации предательством, и полностью сосредоточился на своей крысе.

– Я слышал, что это замечательная свеженькая мумия, – продолжал Бернс.

– А почему бы вам ее немного не подвялить? – стоик Дэниэлс неожиданно проявил столь несвой­ственное ему чувство юмора. А то у нас туговато с топливом для костра.

И охотники за сокровищами рассмеялись, похлопывая друг друга по спинам, опьяненные выпавшей на их долю удачей.