Сев за туалетный столик, Чжэнь Ни подавила зевок, пока Роза расчесывала ее длинные волосы, заплетала и укладывала в замысловатые петли. Чжэнь Ни играла со склянками на столике, выбрала медовые духи, нанесла их на запястья и горло.

– Что за причуды? – сказала Чжэнь Ни, глядя на ловкие движения служанки в зеркале.

– Леди Юань сказала, что это особый день, - ответила Роза, скромно улыбаясь. – Она попросила вплести в ваши волосы рубины и нефрит, - темно-карие глаза девушки сияли.

Грудь Чжэнь Ни стала тесной, словно ее уже стягивала лента, которую носила замужняя женщина. Особым днем ее матушка могла считать только помолвку.

 * * *

Чжэнь Ни тянула время, пока шла в главный зал по долгому пути по двору поместья Юань. Цвет садам придавали лишь зеленые сосны и кипарисы, чьи изогнутые ветви тянулись к зимнему небу. На голых ветвях уже начали расти бутоны слив, их розовый цвет был приятной и неожиданной сладостью.

Роза накинула на плечи Чжэнь Ни плащ с меховой оторочкой перед тем, как она ушла, и Чжэнь Ни укуталась плотнее, мех горностая на воротнике щекотал мочки ушей и согревал. Дыхание превращалось в туман, она шла быстрее. Уже нет смысла тянуть. Ничего не изменится.

Она вошла на главный двор, прошла мимо высокого каменного сооружения, по которому вода стекала в пруд, и поверхность его отражала ветви сливы. Чжэнь Ни остановилась перед главным залом, крупнейшей частью поместья Юань. Белые гладкие каменные ступени вели к широкой террасе, окруженной нефритовыми перилами, на которых были вырезаны облака. Красные столбы обрамляли широкие раздвижные двери, закрытые из-за холода. Но она видела, что внутри горят фонари, видела сквозь резные панели.

Глубоко вдохнув, она расправила плечи, поднялась по ступеням и раздвинула двери. Ее встретило тепло.

– Чжэнь Ни, - сказала ее матушка. – Мы с твоим отцом ждали тебя.

– Ба! – обрадовалась Чжэнь Ни. Она подбежала к нему и поцеловала в щеку, его борода щекотала ее нос. – Когда ты вернулся? – ее отец был торговцем и путешествовал по королевству большую часть года.

Он рассмеялся, прищурившись.

– Поздно ночью. Путь был дольше, чем я ожидал, - он сжал шершавой ладонью ее руку. – Как моя любимая дочь?

Она рассмеялась в ответ, звуча так же громко, как и отец.

– Только я тут из дочерей и осталась, - пошутила она и опустилась на резное кресло напротив родителей.

Отец посмеялся, но она увидела печаль в его глазах. Чжэнь Ни посмотрела на матушку, ее спина была прямой, как бамбук, руки были сложены на коленях.

– Карты изменились, дорогая дочь, - сказала матушка, улыбка тронула уголки ее губ. – И была выбрана пара. Через несколько месяцев свадьба.

Кровь отлила от лица Чжэнь Ни.

– Так скоро? – прошептала она.

– Мы спрашивали у провидца о счастливой дате. Свадьба будет ранней весной, в третьем месяце.

Чжэнь Ни попыталась сглотнуть ком в горле, но там пересохло, словно все было из соломы.

– Ясно, - выдавила она.

– Это хороший выбор, мой маленький лотос.

Ее сердце сжалось от этих слов отца, так он называл ее в детстве. Но девочка выросла, общество заявляло, что в определенное время ее нужно выдать, и нити, связывающие с семьей, становились такими тонкими, что порой проще было их оборвать.

– Кто он? – спросила она.

– Господин Бэй, - ответила матушка. – Он богат, но без семьи, потерял всех в огне. Он уже был женат…

Соловей, горничная матушки, вошла в зал с поклоном, за ней – еще две служанки. Они быстро поставили лакированные подносы, полные разных блюд, на стол перед Чжэнь Ни и ее родителями. Другая служанка, Иволга, налила всем чаю, а потом они тихо удалились.

– Изгой, - сказала Чжэнь Ни, словно их и не прерывали.

– Он из хорошей семьи, дочь, - сказала матушка. – Было сложно найти тебе хорошего мужа… - она многозначительно замолчала.

Да. Все богатые семьи знали репутацию Чжэнь Ни как упрямой беглянки.

– Вдовец, - сказала Чжэнь Ни.

– Ищет новое начало, - ответил ее отец.

– Он ищет любовь, - добавила ее матушка. – У тебя будет статус первой жены.

Если ей повезет, господин Бэй возьмет еще жен и оставит ее в покое.

– Хорошо и то, что господин Бэй построил поместье тут, в городе, - ее улыбка стала шире, искреннее. – Мы будем соседями.

Чжэнь Ни попыталась улыбнуться в ответ, получилось плохо.

– Это удобно.

– Доставили дары помолвки, - сказал отец, - и они достойны моей дочери, - он махнул рукой, и Чжэнь Ни заметила дары за ним.

Она пошла посмотреть на них, чувствуя себя женщиной, что идет к своей судьбе, не в силах изменить путь. Восемь сосудов вина стояли у алтаря предков. Сосуды золотого цвета доходили ей до колен, были расписаны хризантемами и укутаны алым шелком с бабочками.