И в этот момент он почувствовал в повозке две души, которые заинтересовали его. Одна изящная, но сильная. Он задумался и понял, что не хотел бы столкнуться с этой волшебницей на случай разногласий.

Эта душа поразила его.

А вторая душа - совсем другая. Нежная, чуть светящаяся, подрагивающая, точно пульсирующая вена, полная молодости. Доброта, исходившая от нее, накрыла Кронга, и у того что-то всколыхнулось, защемило там, где когда-то билось его сердце.

Эта душа покорила его.

– - Вы не представились, -- отец Вирсавии вернулся к незнакомцу вместе с семьей и удивленно взглянул на Фаблана.
– Но где же он?..

Фаблан, как и все остальные, удивленно смотрел по сторонам. Место, на котором секунду назад стоял незнакомец, пустовало.

* * *

Все это происходило в несколько коротких минут. Ребята, стоявшие на площади, пораженно перешептывались.

– Да она чокнутая!
– слышалось со всех сторон.

– Два трупа за один день, - неосторожно брякнул кто-то.
– Это нехило!

Зря он это сказал, потому что тут же схлопотал от кого-то по лбу куском пластилина.

Однако похороны отменялись. Из пропасти вверх внезапно взметнулись толстые столбы пыли. Черные облака земли закружились, а когда они рассеялись, над пропастью завис тонкий силуэт.

Это девушка. А на руках у нее рыжеволосая первоклассница. И обе живы.

Как только Вика опустилась на землю, она наткнулась на взгляд профессора Вселенского. Оказывается, он уже прибыл на асфальтовую площадь и, оттеснив назад ребят, возглавлял процессию. Рядом с ним, с одной стороны, стояла тонкая красивая женщина, голубоглазая, со светлыми волосами, убранными в высокую прическу. Это Венера Никифоровна Милосская, доктор наук зельеварения.

По другую сторону от Марса стоял завуч Карментоса, профессор астрологии Звезданутый Плутон Семенович. На нем был зеленый камзол, украшенный золотой расшивкой. Из-под камзола виднелась белая рубашка. Плюс панталоны, чулки, древние штиблеты... "Люблю восемнадцатый век!
– поговаривал иногда Плутон.
– Куда лучше наших римских распашонок!"

Преподаватели бросились к рыженькой девочке. Кто-то из ребят догадался стянуть с себя куртку и постелить ее на землю. Едва Вика положила девочку, Марс смерил ее таким взглядом, что ей вздумалось отойти в сторонку.

– Ну как она?
– поинтересовалась Венера у Плутона, который как раз пытался помочь девочке.

– Порядок, - кивнул профессор.
– Нужна небольшая реанимация, сможешь провести?

Венера отреагировала мгновенно. Ее длинные пальцы зажглись синими молниями. Десять маленьких искр ударили девочку в грудь. После этого первоклассница вдруг шумно вздохнула, открыла глаза и резко села.

– Тихо, - Венера взяла девчонку за плечи и твердо взглянула ей в глаза.
– Все в порядке, ты в Карментосе. Как ты?

– Я...
– девочка недоуменно оглядывалась по сторонам, не понимая, что происходит.

– В общем, летать тебе не понравилось, - с улыбкой сделал вывод Плутон, поднимаясь. А Марс уже принялся наводить дисциплину.

– Всем немедленно разойтись по своим комнатам!
– крикнул он, и его голос облетел всю площадь.
– По правилам Карментоса вы не должны быть в опасном месте! Всех, кто здесь был, я запомнил! И наказание последует незамедлительно!..

Его взгляд уперся в компанию ребят, среди которых стояла Вика. Несмотря на то, что другие корпусанты начинали потихоньку разбегаться, дабы избежать гнева директора, эти подростки стояли и бурно обсуждали произошедшее.

– Ничего, я с этим разберусь, - тихо пробормотал он и направился в сторону ребят.

***

Кронг, ломая всю ночь голову над тем, что же произошло с ним в том мрачном лесу, на утро ушел искать Вирсавию в городе. И, забредя однажды в это захолустье, он приходил сюда так часто, как только мог.

Вирсавия научила его быть человеком. Снова вспомнить, как это просто и восхитительно. И он словно в самом деле поверил в эту жизнь, в эту мимолетную сказку на его долгом веку, утонувшем в крови. Но однажды все изменилось. Это произошло в тот день, когда он вновь встретил ту сильную ведьмовскую душу, Алоизию. Она была другой. Ей стоило один раз взглянуть в глаза демона, чтобы понять, кто перед ней. Пока милая Вирсавия щебетала, радуясь знакомству самой близкой подруги и любимого, между Кронгом и Алоизией шел безмолвный разговор. Ее гневный взгляд сказал: "Ты напрасно это сделал". Его печальный взгляд ответил: "Знаю".

Вскоре, подруга Вирсавии, выбрав момент, тихонько предупредила Кронга, чтобы он не смел приближаться к девушке.

– Ты - чистое зло!
– тихо говорила она, и ее тонкие ноздри раздувались от презрения.
– Я сильнее Вирсавии, и я чувствую, как от тебя веет смертью.

– Поверь, она дорога мне! Я не причиню ей вреда!
– Кронг оправдывался перед волшебницей, потому что знал, - она права. Он не должен быть рядом с Вирсавией.