Но я отвлекся. С перевозкой ящиков мы провозились до вечера. Только хотели начать установку армейской палатки, хлынул ливень. Затащили все ящики в гостевую юрту. Промокли... Но Лапочка приготовила вкусный ужин, я развел вино иноземцев. Парни обсохли, согрелись и повеселели. Лапочка, как умелая гейша, вела беседу, читала к месту четверостишья, сыпала цитатами философов. В общем, чувствовала себя как рыба в воде. Тамарр, наоборот, сидела надувшись. Я обнимал одной рукой ее за талию и щекотал, чтоб сердилась на меня, а не на парней. Оттаяла только после того, как мы в три глотки исполнили "Багровым заревом пылает небосвод".

– Я не верила, что они твои друзья, - созналась она позднее.
– Но когда вы запели, что-то вас объединило. Вы стали как братья.

Утром перезнакомил парней со всеми в поселке. Это заняло часа два. Затем мы поставили большую палатку, перевезли сундук, свернули и упаковали две мои палатки. Сундук оказался неподъемным. В смысле, когда я повесил сундук под байком и попытался подняться, индикатор перегрузки залез далеко в красную зону. Байк отказался вести меня и сундук. Я слез с байка, переключил его на дистанционное управление от планшетки, и проблема была решена. Парни обалдели. Они ни разу не видели байк, летающий без водителя. Тем более - в качестве грузовоза. А я сел пассажиром на байк серого.

– Так мы возим с охоты жабоглотов, - пояснил я.
– Главная опасность - не попасть на зуб другому жабоглоту.

Закончив с перевозкой багажа, мы взяли пассажирами Чупрри, Резвого и Лапочку и на трех байках полетели к родителям Чупрри. Опять процедура знакомства растянулась на два часа. Затем мы слетали в прерию, разыскали охотников, ушедших накануне на дальнюю охоту, за два рейса доставили их и добычу в селение. После этого перней признали за своих.

А поздно ночью за нами пришел катер. Привел его дядя Марртах. Честно говоря, я надеялся, что за нами прилетит белоснежный красавец, пассажирский катер. А прилетел грузовой, рабочий муравей космоса, закоптелый снаружи и грязный внутри. Только кабина пилота имела жилой вид.

Вещи были давно собраны, погрузились мы за три минуты. Еще семь минут - и катер вышел на низкую орбиту.

– Где твое копье?
– спросил я Тамарр.

– Оставила дома. Когда Резвый подрастет, папа передаст копье ему.

Обидно. Надежда - прахом. Я собрался повесить на стену каюты ковер, а на него - древнее оружие. Копью с бронзовым наконечником там было бы самое место. Но - увы...

Вскоре мы прошли над терминатором и вышли на дневную сторону планеты. Увидев родной мир из космоса, мои девушки лишились дара речи.

– Знала, что не за простого парня выхожу, но ты просто монстр!
– созналась мне позднее Тамарр.

Встречала нас целая делегация. Сестренка с мамой - понятно. Тарркс - тоже. Но тут были Линда, Маррта, дядя Шурр и Багирра с Мяуглирром. Мама крепко-крепко меня обняла. Отстранилась, ткнула кулаком в плечо.

– Когда ты успел стать взрослым, сын?
– и шмыгнула носом.

– С этим ошибка вышла, мам. Собирался после отпуска, но немного поторопился.

Мама почти на голову ниже меня. Ей тридцать два года, но выглядит на двадцать пять. То есть, моложе Тамарр. С виду выглядит стройной, если не худенькой, но очень сильная. И каждый день качает мышцы, тренирует тело. Ночной тени нельзя иначе. По должности она папин референт, а сейчас, пока папа в отъезде, его заместитель. То есть, первое лицо в Оазисе. Пока она обнимала моих девушек, я хлопнул по рукам Тарркса и Мяуглирра и... от души получил в поддых от сестренки.

– Пррредатель - прорычала она и отвернулась. В следующий миг Тамарр отбросила с дороги парней, взяла Кирру в захват и прижала к горлу каменный нож.

– Не смей, - просипел я на остатках воздуха и упал на колени. Не знаю, за кого мне стало страшнее. Всех нас, бойцовых котов и инкубаторских обучали боевому самбо. Чем боевое отличается от спортивного? Переломами конечностей и смертельными ударами. Если сестренка сейчас... Но Тамарр тоже не из кухни вылезла. Войну кланов прошла, жива осталась.

– Отставить!
– рявкнула Линда так, что мне захотелось спрятаться. Вот только в себя приду - и спрячусь. Хорошо у сестренки удар поставлен. Доски ломает. Могла бы ребра поломать, если б боевым била.

– Моего мужа имею право бить только я, - прошипела Тамарр на ухо Кирре. Но нож от горла отодвинула.

– Я должна была быть на твоем месте, - выкрикнула ей в лицо Кирра.
– Ты не думай, я против тебя ничего не имею. Это он слепой козел, - продолжила она уже не так громко, даже не делая попыток вырваться.

– Кирра, ты же сестренка моя!
– обнаружил, что уже могу говорить.

– Козел!

– Формально, братишка, у вас ни одной общей хромосомы, - напомнил Тарркс. Подошел, забрал у Тамарр нож и с любопытством осмотрел.

– Звезды рассветные, это просто рок над нашей семьей, - выдохнула мама.

Тамарр отпустила Кирру, и та сердитой быстрой походкой устремилась к Железному дому.

– Никогда не женюсь, - заявил Мяуглирр.
– Улечу на Дикий материк, к черту на кулички, построю монастырь и буду монахом.