— Боишься за него? — шепчет, а глаза блестят, будто от слез. — Эмили, малыш, как ты могла… предать…

— Что? — мне послышалось или он сейчас говорил о предательстве?

— Имя, Эмили! — закричал.

— Нет! — криком на крик.

— Да ты не нужна ему!

— Не правда! — слабость одолевает, еле стою.

— Если бы нужна была ему, он бы тебя ещё год назад нашел и вытащил из психушки! Но увы…

— Замолчи, замолчи, Джэксон! — даже если он прав, не хочу слышать ничего подобного.

— Вот так, малыш! Правда бывает такой жестокой! Волк никогда не бросит свою пару, если любит, если она ему нужна! — прошипел сквозь зубы мне в лицо. — Тем более, если она понесет от него!

— Хватит! — хлынули слезы.

— Я год ждал, что он объявиться, хотя бы просто навестить…

— Уходи! Пошел вон! — кричу на него. — Оставь меня в покое! Ненавижу!

Выдергиваю руку и бегу к двери. Спотыкаюсь на ступеньках, не вижу от слез.

— От себя не убежишь, Эмили, — вслед.

— Ты ни чем не лучше его! — поднимаюсь и даже не оборачиваюсь.

Вбегаю в дом и захлопываю дверь за собой. Быстро вытираю слезы ладонями, чтоб мама не увидела. Стою и не могу отдышаться, голова сейчас лопнет от злости.

— Я дома! — оглядываюсь по сторонам. — Спят уже что ли?

Подфартило! Быстро, но тихо поднимаюсь к себе. Хорошо, что мама не видит меня, сразу бы по красным глазам определила, что я ревела. Начался бы допрос: что, как, почему? И тысяча ненужных вопросов, на которые ответы не нашла бы.

— А ты что так поздно? — сзади мамин голос. — Тебе уже дважды Джэксон звонил. — а вот и фортуна повернулась задом.

— Что? — я только вошла, как он мог звонить? — С чего ты взяла, что это был Джэксон? — почти не поворачиваюсь, чтоб не увидела моего лица. — Это мог быть кто угодно! — дальше поднимаюсь.

— По-моему у нас один мистер Ливертон! — снова тормозит меня.

— Он назвался Ливертоном?

Бред какой-то! Джэксон был со мной и ни разу телефон не доставал! Да и зачем звонить мне, когда я рядом?

— Ты, наверно, что-то спутала или не расслышала…

— Два раза? — возмущенно скрещивает руки на груди. — Я, по-твоему, глухая?

— Я не это имела виду! Наплевать, кто звонил! Пусть будет по-твоему, Ливертон так Ливертон! — чувствую, как выворачивает на изнанку. Не уж то и впрямь беременная?

— Ты чего такая? — тревожно спросила мама. — В колледже что-то не то?

— Да нет! Все хорошо! Отметили. Через пару дней собираю вещи и еду заселяться в общежитие.

— Ну хорошо. А что так долго?

— Гуляли с Картиной и с другими ребятами, — нагло вру. Раз решила, что звонил Джэксон, значит не видела наш сыр-бор на улице.

— Уже гулянки? — усмехнулась. — Еще и пару не отсидела. Молодежь!

— Мам, я устала. Давай завтра все расскажу? — уже не оборачиваясь, топаю к себе.

— Как скажешь…

Комок засел в горле, все внутри дрожит. Голова кругом, пол то проваливается, то пружинит, еле удерживаюсь на ногах. Что происходит? Состояние, словно на передозировке успокоительных.

Пытаюсь вспомнить менструальный цикл, не помню ни первый, ни последний день. Никогда не следила за этим, то ли начало месяца, то ли конец? Что тут гадать, нужно просто проверить!

У мамы где-то, когда-то валялся тест на беременность. Только вот это было год назад, я ещё тогда все надеялась, что у меня появится братик или сестренка. Но тест так и оставался неиспользованным. Как ни странно, это оказались первые симптомы раннего климакса. И на день рождения, вытряхивая ее личные вещи, снова наткнулась на него.

Быстро перебираю ее вещи, стараюсь не шуметь, но, как назло, все валится из рук. Пара минут активного поиска, и он у меня в руках.

— Вот черт! — он просрочен, как год уже.

И вот что она его не выкинула? Кручу в руках и понять не могу, что мне дальше делать? Может, он не утратил свою способность определять положение? Закроем глаза на срок и рискнем, все равно ничего не теряем!

Захожу в ванную. Трясущимися руками провожу нехитрую процедуру. Кладу на машинку и не могу оторвать глаз от теста. Первая полоска проявилась моментально, вторую не наблюдаю. Топчусь и мучаюсь в размышлениях. Либо я не беременна, и Джэксон просто сыграл на нервах в очередной раз, либо тест не сработал.